— Увы, это так, — сказал он. — Поэтому ставка и я не однажды взвесили все последствия этого маловероятного, можно даже сказать, статистически невозможного события. Мы считаем этот риск приемлемым. Если случится невозможное, у нас еще останется в резерве более двухсот кораблей для защиты Сети, а в худшем случае мы потеряем систему Гипериона — но прежде всыплем Бродягам по первое число и отобьем у них охоту к разбою. Однако мы ожидаем гораздо более благоприятного результата. С учетом быстрого — в течение ближайших восьми стандарточасов — ввода двухсот боевых кораблей наши прогнозисты и Консультативный совет ИскИнов предсказывают 99-процентную вероятность полного поражения атакующего Роя и минимальные потери с нашей стороны.
Мейна Гладстон повернулась к советнику Альбедо. В густом полумраке его проекция выглядела безупречно.
— Советник, я не знала, что с Консультгруппой советовались. Заслуживает ли доверия 99-процентный коэффициент?
Альбедо улыбнулся.
— В полной мере, госпожа секретарь. Точный коэффициент — 99,962794 процента. — Он улыбнулся еще шире. — Вы можете спокойно положить все яйца в одну корзину. Все равно это ненадолго.
Лицо Гладстон осталось серьезным.
— Адмирал, сколько продлятся боевые действия после ввода подкреплений?
— Одна стандартная неделя, госпожа секретарь. Максимум.
Левая бровь Гладстон выгнулась.
— Так быстро?
— Да, госпожа секретарь.
— Генерал Морпурго, каково мнение наземных сил?
— Мы согласны с адмиралом, госпожа Гладстон. Подкрепления необходимы, и необходимы сейчас. Сто тысяч десантников и пехотинцев будут переправлены на Гиперион на транспортах, чтобы покончить с остатками Роя.
— За семь стандартодней или еще быстрее?
— Думаю, быстрее.
— Адмирал Сингх?
— Это абсолютно необходимо, госпожа секретарь.
— Генерал Ван Зейдт?
Одного за другим Гладстон опрашивала командующих ВКС и высших офицеров. Она даже поинтересовалась мнением начальника Олимпийской Школы, который весь раздулся от гордости, услышав свое имя.
— Капитан Ли?
Все взоры обратились к молодому офицеру. Генералы и адмиралы хмуро приосанились, и я внезапно сообразил, что Ли попал сюда по личному приглашению секретаря Сената, а отнюдь не заботами прямых начальников. Гладстон, по слухам, утверждала, что инициативности и уму капитана может позавидовать весь Генштаб ВКС. Похоже, за это совещание моряк расплатится карьерой.
Капитан 3-го ранга Вильям Аджунта Ли смущенно зашевелился в своем удобном кресле.
— При всем почтении к вам, госпожа секретарь, я должен напомнить, что являюсь младшим офицером флота и недостаточно компетентен, чтобы высказывать свое мнение по столь важным вопросам.
Гладстон, не улыбнувшись, слегка кивнула ему:
— Понимаю, капитан третьего ранга. Смею вас уверить, что присутствующие здесь высшие офицеры тоже понимают это. Однако в настоящий момент я буду очень признательна, если вы поделитесь со мной своим мнением.
Ли вскинул голову. На миг в его глазах мелькнуло что-то странное: пылкая убежденность, и тут же отчаяние зверя, попавшего в капкан.
— Хорошо, госпожа секретарь. Но прежде чем высказаться, я должен заявить, что только чутье (и это действительно только чутье: ведь я полный невежда в тактике межзвездных сражений) подсказывает мне: вводить подкрепления опасно. — Ли шумно выдохнул. — Это чисто военный взгляд на ситуацию, госпожа Гладстон. Мне ничего не известно о политической важности защиты системы Гипериона.
Гладстон подалась вперед.
— Тогда о чисто военной точке зрения, капитан третьего ранга. Почему вы против ввода подкреплений?
Даже туда, где я сидел, через весь стол, доходил жар от свирепых взглядов командующих. На капитане скрестилось несколько гигаваттных лазерных лучей, подобных тем, что использовались в древних инерционных термоядерных реакторах. Чуду подобно, что Ли не рассыпался, не взорвался, не воспламенился и не расплавился прямо у нас на глазах.
— С военной точки зрения, — четко произнес Ли, невидяще глядя перед собой, — два величайших греха, какие может совершить командир, — это распылять свои силы и э-э... как вы, госпожа секретарь, изволили выразиться... класть яйца в одну корзину. А в нашем случае корзину сплели даже не мы.
Гладстон кивнула и откинулась назад, вонзив пальцы в подбородок.
— Капитан, — отчеканил генерал Морпурго, и я обнаружил, что слова действительно можно выплевывать сквозь зубы, — теперь, когда вы соизволили преподать нам совет, могу я спросить, участвовали ли вы когда-нибудь в космическом сражении?
— Нет, сэр.
— Проходили ли вы какую-нибудь подготовку для участия в космических сражениях, капитан?
— Помимо минимальной подготовки в ООШ, которая ограничивается несколькими курсами по истории, — нет, сэр.
— Участвовали ли когда-нибудь в стратегическом планировании выше уровня... Я хочу спросить: сколько надводных кораблей было под вашей командой на Мауи-Обетованной, капитан?
— Один, сэр.
— Один, — громогласно повторил Морпурго. — И как велик был корабль?
— Он был невелик, сэр.
