— А ты как думаешь? — ответил Джаспер, сидя прямо перед гневным взором отца.
— У тебя тяжелые времена, сынок. И я очень занят. Поговорим об этом, когда ты оправишься от последних недель, — ярость в его голосе не соответствовала словам.
Джаспер поднялся с кожаного кресла.
— Может, я не хочу их преодолевать, — свет на интерфейсе стал зеленым. В динамике раздался голос матери.
— Джаспер? Что происходит? Ты где?
— Теперь мама тоже с нами, — сказал Джаспер, — возможно, папа, ты потрудишься нам объяснить, почему я нашел два отчета о вскрытии Тома у тебя в ящике? В одном говорится, что в крови были найдены значительные остатки ЛСД с кетамином.
— Девид, что происходит? — Джаспер увидел лицо матери. Ее глаза, красные от слез, проецировались на затемненной оконной панели за отцовским столом.
— Сейчас у меня нет на это времени, — ответил отец, бросив конверт так, что тот ткнулся в грудь Джаспера. — Ты слишком запутался, чтобы понимать, о чем говоришь.
— Почему ты нам не сказал? Ты причастен к этому?
— Что? — голос Люси повысился, приблизившись к истерике.
— Причиной, по которой отец Аны упрятал меня в клинике психической реабилитации Три мельницы в ночь заключения брака, послужили найденные мною материалы по расследованию Тома. Из них видно значительное расхождение действующего теста на Чистоту с исследовательскими результатами. Не правда ли, папа?
— Девид?
— Как ты смеешь приходить сюда и вытаскивать меня с чертового совещания из-за такой ерунды?
— Ты не смотрел новости? Эшби Барбер признался. Он сделал заявление о том, что настоящие ДНК-тесты были слабо изучены. Запись между тобой и Главой Коллегии подлинная. Так скажи нам, папа, не об ЛСД ли с кетамином, которые психпатруль использует, чтобы схватить людей на улице, они хотели умолчать? Ты знал, что Том шпионит. Этого было достаточно для того, чтобы превратить его в нестабильного человека. — Джаспер обошел вокруг стола и встал перед отцом, на лице его был написан гнев. — Ты предпочел деньги своему старшему сыну?
Девид вскинул руку и ударил его кулаком в челюсть.
Щека Джаспера отдалась взрывом боли. Он попятился назад.
— Ты потерял его, детка, — сказал Девид. — В твоей голове все перепуталось.
Джаспер обхватил подбородок, когда голос матери, холодный и спокойный, прорвался сквозь колонки.
— Переведи меня на большой экран так, чтобы я все видела.
Он нажал на иконку синхронизации «крупно«. Тут же вся ткань на окне потемнела, и лицо Люси нависло над ними: бледное, прекрасное и увеличенное в пятьдесят раз. Ее светлые волосы, обычно такие безупречные, были даже не расчесаны.
— Джаспер, — сказала она, — принеси домой отчет о вскрытии.
Он кивнул и повернулся, чтобы забрать конверт.
Отец сделал это первым.
— Парню промыли мозги, — выплюнул он. — Это смешно!
— Эшби Барбер мертв, — возразила Люси. — Об этом только что объявили.
— У меня сейчас очень важная встреча. С этим придется подождать.
— Отдай Джасперу отчет, — сказала Люси, — или я позвоню в Би-би-си и расскажу им, что ты с секретарем здравоохранения и тремя другими чиновниками тайно подписываете договор БензидоксКид.
Девид потянулся к ящику письменного стола.
— Не смей мне угрожать, Люси.
Слеза навернулась на ее огромный голубой глаз:
— Ты… ты ублюдок!
— Я положу конец этой глупости, — сказал он, вынимая коробок спичек. Когда он поджег одну, Джаспер прыгнул на отчет о вскрытии. Бумаги и безделушки рассыпались по столу. Девид отстранился. Язычки пламени побежали по конверту. Джаспер попытался его погасить. Тканевая штора у ближайшего окна загорелась. Желтое пламя распространилось по всей длине окна, выжигая лицо Люси в центре и быстро рассредотачиваясь по стеклянной стене.
Воздух начал наполняться едким запахом. Джаспер ударил отца в живот. Девид схватил декоративное железное пресс-папье и ударил им о голову сына. Джаспера накрыла темнота. Дым наполнил легкие, и он потерял сознание.
— Они купились? — спросил Домбрант у Коула.
— Думаю, да.
— Давайте тогда сделаем все по-быстрому. Ана, продолжай наблюдать, — он протянул ей контейнер размером с палец. Девушка выбралась из фургона и, пока Коул помогал Смотрителю впрыскивать снотворное патрульным, она вынула из водянистой жидкости пористую контактную линзу с подсвеченной схемой и вставила ее в правый глаз.
Ей понадобилась пара секунд, чтобы приспособиться, а затем всем телом Ана почувствовала, будто вошла в виртуальный мир. Принцип был тот же, что у интерфейса — электронная информация накладывалась на внешнюю оболочку, только с контактными линзами разница не ощущалась. Она перевела взгляд с улицы на стену Просвещения. Она могла видеть сквозь барьеры и за их пределами. Шесть подсвеченных красным фигур непрестанно двигались, спуская лестницы, переговариваясь, двигая ногами. Она наблюдала за ними в течение минуты, затем просмотрела окрестности, совершив полный круг и проверив все в непосредственной близости на наличие признаков жизни. Это было удивительно: люди, которых она могла видеть за стенами домов, занимались готовкой, работали, спали, прибирались.
