Уже явно спокойнее, с тихим звоном и некоторым хлюпаньем оставшейся крови, он убирал рапиру в небольшие ножны на левом бедре, скрытые под камзолом. Этот человек, известный почти всему западу как Алый Кози, некогда заработал дурную репутацию не самым добрым делом, убив одного из своих учителей и члена совета октолимов, являясь учеником Академии Окто, от чего его имя стало почти порицательным. Его настоящим и главным учителем еще до начала обучения в Академии Окто был сам Бог Людей Унзар, и учил его совершенно другим вещам, нежели те, о которых он узнал в Академии. Именно в результате одного конфликта этих знаний и произошла та трагедия. Несмотря на это, будучи Верховным Советником Совета Октолимов, его учитель предложил ему занять место убитого им человека, и посвятил его в более глубокие тайны истории мира, которые и привели его в Шеагральминни. Все мы были учениками Богов, и Кози, как ученик старшего из них, должен был стать нашим лидером. Нас было немного, но все мы знали множество тайн, скрытых от ушей и глаз обывателей. Мы подчинялись самим Богам и стоящим над ними Археям, включая Мерсера. Среди нас были ученики Богов Времени, ученик Богини Света, и ученик Бога Людей. Моим учителем был Бог Смерти. Все Боги получили свои титулы в самой первой войне с имтердами, как наши сильнейшие командиры, мощнейшее окто которых было связано с той или иной сферой жизни мира. Их можно было назвать фанатиками, одержимыми собственным аспектом присущего им окто, суть которого они передавали поклоняющимся им людям, и нам, их ученикам. К сожалению, не все Боги пережили Первую Войну, и не все из них брали учеников.
– Литой Рыцарь уже в хранилище? – спросил вечно задумчивого Кози Кирк.
– Да, он поддерживает происходящую там бойню. – кивнул тот.
– Там еще остались живые люди? – удивился Кирк.
– Они лезут изо всех щелей как тараканы, и все ввязываются в это побоище. Сейчас их далеко не так много, как в начале бунта, и сражаются уже на горах тел своих товарищей, стараясь добраться до денег и с ними сбежать. Некоторым это удается, но редко.
– Тайные ходы из хранилища все еще запечатаны?
– Нет, но приходящие стражи о них не знают. Мы открыли их для себя.
Кози, едва заметно, потрясывался, его дыхание было слишком сбитым. Всем видом он показывал, что его состояние было как минимум ниже среднего, и обычно достаточно загорелое его лицо выглядело бледновато. Кирк заметил это с самого начала, потому как и его вытянутая рука с рапирой в начале дрожала.
– Похоже, самочувствие у тебя не очень. – сказал Кирк.
– Хех. Т-так заметно? – неловко улыбнулся Кози, все это время старавшийся не показывать слабости перед Кирком, как перед своим господином.
– Происходящее здесь тебе не по душе?
– Знаете, что сказал Лиисерким, когда пришел сюда? – поднял он голову, едва заметно сжимая руки в кулаках. – Он сказал… "Здесь так весело". Может быть, у ученика господина Чеистума свое представление этой ситуации…Но что в этом веселого? – с некоторыми перерывами тихо говорил Кози, так же тяжело дыша.
– Ничего веселого. Это просто натуральное безумие. Я уже много раз думал дать себе по лицу за то, что наворотил здесь. – крепче, от злости на самого себя, сжал зубы Кирк.
– Это не ваша вина. Возможно, был способ проще, и я не знаю, почему господин Мерсер выбрал именно это. И все равно, все пошло не так, как мы ожидали.
– Что пошло не так?
Точно не помню, кто задал этот вопрос раньше, ведь в то время и я встретил задавшего его мне человека там, где и рассчитывал.
Я остановился в комнате, похожей на заваленную ящиками и предметами быта кладовую, уже почти у самой поверхности. Там, куда меня вела та знакомая внутренняя сила. Я не думал, что этот человек придет в Шеагральминни лично, если с самого начала этого не планировал, или не распознал скрытой угрозы. Здесь, облокотившись спиной на сложенные друг на друга деревянные ящики, одетый в темную красивую вуаль с легкой кожаной броней под ней, он смотрел на меня своими изумрудными глазами, так выделяющимися на фоне его смуглой кожи и собранными дорожками из дредов назад белыми волосами. По его величественному, но, как и всегда раньше, будто близкому каждому человеку, виду было трудно сказать, был ли он недоволен или разочарован, или просто хотел спокойно услышать правду, и без того никогда не злясь на своих подчиненных. Он был настолько умен, что мог выйти из любой ситуации играючи, и ничто не могло поставить его в тупик. Даже теперь, он знал, что не я один искал с ним встречи, и потому специально подобрал именно это, подходящее место. О другом человеке у нас на хвосте я даже не догадывался, и не мог подумать о его существовании. Да, таков был наш господин, наш величайший, неустанный и непоколебимый командир – Архей людей Мерсер. Человек, который точно знал больше других.
