Все мы тогда погрузились в размышления. Стоило ли нам менять план, и что вообще нам нужно было делать? Об этом думали мои друзья в той комнате рядом с хранилищем, и об этом думал я, все еще стоя не так далеко в другой комнате перед Мерсером. И кое-кто, кто, как и Филони, хотел знать правду, и есть избавиться от сомнений, был рядом с нами. Мы едва заметили его появление, поскольку он совсем не источал внутренней силы, хотя вполне мог стать сильным октолимом. Ни я, ни Мерсер, совсем не были с ним знакомы, и его появление немало нас удивило. Тем более, насколько неожиданными были тогда его слова.
– Как и говорил Подчинитель, я нашел тебя здесь, Мерсер. Теперь пришло время…отвечать на вопросы.
Внешне грубый мужик лет пятидесяти, с длинными седыми волосами на голове и лице, в форме стража Шеагральминни с капитанским плащом за спиной. Некто, кто одним видом говорил, что знает о всех наших планах, и жаждал подтверждения своих знаний. Вы уже встречали этого персонажа в моем повествовании, но мы с Мерсером видели его впервые. Мы не могли всего рассказать, просто услышав от него о Подчинителе, даже если Мерсер и знал заранее, что тот человек следовал за нами по пятам, и сам ожидал этой встречи. Он знал лишь то, что он был как-то связан со всем, что происходило с Кирком во время бунта, не больше. Рисковать было нельзя.
– Вижу, ты что-то знаешь о нас. Надеюсь, мы можем узнать хотя бы твое имя? – подозрительно осматривая старика блестящими от света окружающего Зоота белыми глазами спросил Мерсер.
– Первый капитан центральной части, Вольдемар. Друг и товарищ твоего брата, которому я помогал выполнять его план. – уверенным баритоном проговорил Вольдемар.
– Вот как? – не сильно удивился Мерсер. – Но, если ты был с ним, ты должен знать о наших планах.
– Я знаю только то, что рассказал мне тот старик. Теперь я хочу услышать ответ от тебя.
– Тебя интересует что-то определенное? – спросил я.
– Да…
В то же время и мои друзья вот-вот собирались покинуть свое обиталище, и оттуда, уже готовые закончить эту историю, собирались на полном ходу броситься в хранилище. Они почти ничего больше не говорили, и я точно не пропустил ничего интересного. На все их действия была воля Кирка, и только он знал, что ему на самом деле нужно делать. Хоть все они, кроме Филони, не хотели отходить от намеченной Мерсером цели, у них не было теперь иного выхода, кроме как подчиниться его брату. Филони тоже не могла пойти против его воли, всей душой надеясь, что он сделает правильный выбор, доступный только ему, когда придет время. Так они взяли свое оружие, и, все крепче его сжимая, выходили в заваленный трупами коридор, к не менее заваленному ими хранилищу. Корим нес тяжелый меч и еще более тяжелый щит, зазубренный и крючковатый меч Пофисса все еще оставался в его ножнах на спине, а Кози покрыл слоем острейшего кристалла из окто свою рапиру. Филони тоже была вооружена, и оружием ее стал старинный лук самих Демонов, некогда, под командованием Богов, сражавшихся против имтердов в Первой Войне. Этот лук поколениями хранился в ее семье, и она часто тренировалась из него стрелять. Именно Кирк обучил ее мастерски с ним обращаться, ведь он тоже когда-то входил в число Демонов, и знал их стиль стрельбы из подобных луков. Когда-то он молился, чтобы девушка никогда не использовала его в бою, и прожила жизнь мирную, по крайней мере до уже намеченного Клинками Власти конца света в Эпоху Хаоса. Тогда он не рассказал Филони о ее сестре, и та не знала, зачем на самом деле Кирку была нужна смерть Литого Рыцаря. Он задавал себе вопросы, которые только теперь всплыли в его голове, рисуя загадочные даже для него картины. Он впервые вспомнил то, чего никогда даже не знал.
Но мы уже ответили на внезапный вопрос Вольдемара, а он правда едва не вверг нас в шок. Если все правда было так, как он говорил, мы должны были действовать незамедлительно, и остановить Кортя, пока он не добрался до Литого Рыцаря. Все мы втроем сорвались с места, предвидя непоправимое, и в ужасе от осознания этого на ходу подготовили оружие. Металлические лепестки моей Завядшей Розы трепетали, предвкушая кровь, а толстые кинжалы Мерсера, покрываемые дьявольскими разрядами Красной Искры, были готовы в любой момент разорвать в клочья любого, кто встанет на его пути к бесценному брату.
