Пак говорит мне, что Джессика и Лони тебе очень помогают и что у тебя все хорошо. Он продаст мой байк, и принесет тебе деньги, как только сможет. Я надеюсь, что ты подумаешь о том, чтобы использовать некоторые из них, чтобы приехать ко мне, когда родится ребенок – может быть, привести его ко мне. (Или ее, если это девочка. Наверное, я предположил, что это мальчик, но мне все равно. Я просто хочу встретиться с ним.) Если нет, то надеюсь, что ты пришлешь мне фотографии.
Может быть, моя жизнь была бы другой, если бы у меня был отец. Может быть, я не был бы таким мудаком. Я обещаю тебе, что если ты дашь мне шанс, как только я выйду, я буду настоящим отцом для нашего ребенка.
Я все еще люблю тебя,
Пэйнтер
Семь месяцев спустя
Пэйнтер,
Держу пари, ты никогда не ожидал услышать меня, да? Хантер разозлился, когда я сказала ему, что хочу написать тебе, но потом мы еще немного поговорили об этом, и когда я объяснила, почему он понял.
Это потому, что мы знаем, каково это – потерять ребенка.
Я знаю, что у вас другая ситуация, потому что твой ребенок жив и здоров, но, вероятно, ты чувствуешь, что потерял ее. Может быть, если я расскажу о ней побольше, это поможет. (Надеюсь, ты уже все это знаешь, но мне было неудобно спрашивать Мелани об этом в данных обстоятельствах.)
В любом случае, малышка Изабелла прекрасна. Я высылаю несколько фотографий из больницы. Кит и я обе очень взволнованы – мы спросили Мелани, можем ли мы быть ее тетями, и она сказала «да». Когда мы услышали, что у нее начались схватки, то захотели быть там, хотя нас и не было в комнате. Мы ждали в коридоре, предназначенном для некоторых очень интересных людей, наблюдающих. Для многих взволнованных бабушек и дедушек, что-то в этом роде. Джессика и Лондон были внутри вместе с ней. Я быстро ехала и продолжала ускоряться, потому что боялась что-нибудь пропустить, но оказалось, что времени у меня предостаточно.
Я не знаю, как много ты слышал, но на какое-то время стало страшно. У Иззи (так мы ее называем) были проблемы с развитием, а потом Мел впала в депрессию. Они должны были сделать экстренное кесарево сечение, и ребенок в конечном итоге получил миконий (я знаю, это хрень – вероятно, неправильно написала) в легких. Она провела в отделении интенсивной терапии более двух недель и заболела пневмонией. Даже сейчас мы должны внимательно следить за ней, и мы все дежурили по сменам, присматривая за ней.
