— Келларас, милорд, отчаявшийся новостями из Харкенаса. Капитан Шаренас Анкаду, предупредившая о неизбежном наступлении Легиона. И он… — Грип помялся. — Милорд, Андарист явился к нам, ища уединенности в далеком имении.
Аномандер молчал. Они шагали по замерзшей дорожной грязи. Свет костров был далеко позади, остатки тепла давно покинули мужчин.
Не дождавшись ответов, Грип начал снова: — Ваш брат Сильхас отослал Празека и Датенара в Легион Хастов, хотя я уверен, что командующая Торас Редоне оправится и примет власть. Легион пойдет к Харкенасу. Можно с уверенностью сказать, что они уже вышли. Ваши дом-клинки ждут в Цитадели.
Аномандер поднял руку. — Я хорошо осведомлен о событиях в Харкенасе.
— Относительно Празека и Датенара. Сильхас имел ваше разрешение, милорд?
— У брата есть собственный разум. В мое отсутствие он волен судить о необходимости тех или иных действий.
— Но Андарист? Милорд, вы знали, что он нашел нас?
— Не то чтобы, Грип, но кто обнимал его в самые тяжелые мгновения? Хиш Тулла… ах, Грип Галас, что ты наделал, зачем покинул ее?
— Вы нужны, милорд. Или мы невозбранно встретим оккупанта — Урусандера?
— Сама Мать Тьма запретила мне поднимать меч.
— Милорд? Так вы сдадитесь?
Шаги Аномандера замедлились, он запрокинул голову, изучая звездное небо. — Капитан Айвис умоляет меня принять командование его дом-клинками. Его господин стал не более чем призраком, но даже призрак отягощает нас. Триумф Урусандера означает опалу Драконуса, возможно, его объявят вне закона. Самое меньшее — он добровольно уйдет в изгнание.
— Вы решили доставить Айвиса к хозяину? Крепость Драконс останется покинутой?
— Драконус мне друг.
— Моя жена боится вступить с ним в союз.
— Она боится измены высокородных.
— Именно, милорд.
— Скажи, Грип Галас, как думаешь: если я попрошу, Драконус оставит свои силы в резерве?
Грип отвел глаза в сторону дороги. В воздухе висела изморось, словно осколки падающих, разбитых звезд. В такую морозную ночь он вполне может вообразить грохот лопающегося неба, нисхождение тьмы, бурю над всем миром. — Я не испытывал бы гордость этого мужа.
Аномандер безмолвствовал, смотря на звезды.
Грип кашлянул. — Милорд, откуда вы знаете о Харкенасе? Если вы не возвращались туда совсем недавно…
— Великий Каменщик ведает дрожь мерзлой земли у нас под ногами. Что важнее, он близок Гриззину Фарлу. Похоже, Азатенаи ходят по собственным тропам волшебства. Так или иначе, на любой мой вопрос приходит ответ.
— Но… не насчет Андариста?
Кажется, Аномандер поморщился. — Я решил не задавать этого вопроса.
— Грип Галас, пренебрежение моим даром ранит сердце. Но неужели я не замечаю и в себе уязвленной гордости? Лица врага и друга кажутся отражениями в зеркале, каждому свое место и время. Не пора ли признать сходство и найти смирение, отказавшись от чувства вечной правоты? Сколько войн мы проводим, не успев выхватить клинок? Смею сказать, бесконечное множество.
— Мать Тьма не дозволит вырвать любимого из рук, милорд.
— Склонен думать так же, Грип.
— Тогда мы встанем на пути Урусандера?
— Грип, где твоя жена?
— В западной крепости, милорд, собирает знать. Клянется, что они встанут под ваше знамя. С Легионом Хастов…
— Не держи веры в Хастов. Заключенным нет резона хранить верность. Будь я одним из них, проклял бы все наши нужды, и любой выкрик меча выражал бы протест, и пусть расколется железо! Нет, дружище, если их на миг и втиснут в наш союз, сопротивление разорвет всем души.
— Тогда, милорд, нас ждет тяжелая битва.
Они стояли молча. Сверху звезды слали им немигающие взгляды.
— Крепость Драконуса выгорела, — сказал наконец Аномандер. — Разрушена магией по моему побуждению. Грип, новоявленное колдовство коснулось тебя?
— Нет, милорд, и я рад этому.
— Боюсь, однажды мне придется отыскать ее и предъявить права. Новый щит, новый слой доспехов.
— Но не сейчас.
Аномандер пожал плечами: — Увы, меня не посетили ни склонность, ни желание.
— А можно было думать, милорд, что благо быть Первым Сыном Тьмы включает в себя и волшебную силу.
— Если титул оказался скорее проклятием, нежели благословением… я только рад, что к нему ничего не прилагалось.
— Как же мы встретим ее? На поле битвы, когда Хунн Раал высвободит свои магические умения?
Аномандер искоса глянул на него. — Меня сопровождает Азатенай. Ради одной цели. Он связал себя клятвой, он еще не отблагодарил меня за терпение.
Подозрение шевельнулось в душе Грипа Галаса, он наморщил лоб. — Что случилось в крепости Драконс?
Аномандер резко вдохнул, словно готовясь дать отповедь, но лишь вернулся взглядом к звездам. Выдох получился долгим и прерывистым. — Сделав первое предложение, я — теперь ясно — возложил на Великого Каменщика очередное бремя. Но и он предупредил меня делом: в его магии нет ничего тонкого, если она пущена на волю ярости.
— Уже потому, милорд, я рад, что не связан с этакой заразой.
