«Женщина была второй ошибкой Бога», — писал Фридрих Ницще (1844–1900), один из культовых философов XIX–XX веков. Развивая идеи Аристотеля о женщине как вторичном существе по отношению к мужчине, Ницше привнёс в них много своего: его характеристики женщин позволяют считать Ницше антифеминистом, но не женоненавистником.Пьер-Жозеф Прудон (1809–1865), французский философ и социолог, применяя диалектику Гегеля для исследования плохих и хороших сторон женской души, тоже считал, что женщина перестает быть женщиной, если она занята политикой, литературой, наукой, а хуже того, «хочет стать судьей, префектом, может быть, даже жандармом». По его мнению, это означает женское падение: эмансипированные женщины отвратительны и похожи на гермафродитов.Тему о «женском падении» затрагивали также Чезаре Ломброзо (1835–1909), итальянский психолог и психиатр, и Август Бебель (1840–1913), немецкий мыслитель и общественный деятель. Ломброзо доказывал, что падение женщин, в частности, широкое развитие проституции, обусловлено врожденной порочностью женской натуры; Бебель утверждал, в духе марксизма, что пороки женщин тесно связаны с пороками общества.В данном сборнике представлены основные работы Ницше, Прудона, Ломброзо и Бебеля по этой теме.
Редактор
Художник
© Перевод с немецкого —
© ООО «Издательство Родина», 2021
Фридриха Ницше часто обвиняли в женоненавистничестве. Леонард Лолор и Зейнеп Дирек говорили: «Ницше постоянно повторяет, что женщина является источником всей глупости и неразумия. Она представляет собой фигуру сирены, которая заманивает мужчину-философа и сворачивает его с назначенного ему пути в поиске истины».
Между тем, женоненавистничество Ницше, как подметил Фрэнсис Опель, «это часть его общей стратегии, согласно которой „женщина-как-таковая“ (универсальная сущность женщины с вневременными чертами характера) показывается как продукт мужского желания, социальный конструкт.
Ницше желал продемонстрировать, что наше отношение к полу и гендеру определяется нашей культурой, которая нередко подрывают собственный потенциал как личности и вида, и которая может быть изменена».
Однозначно отрицательным было отношение Ницше к феминизму. Он утверждал, что эмансипация женщин и феминистическое движение являются лишь ресентиментом некоторых женщин в отношении других женщин, более физически развитых и в лучшей степени способных к деторождению.
Мне, может быть, будет дозволено высказать некоторые истины о «женщине самой по себе»: допустив, что теперь уже наперед известно, насколько это именно только — мои истины.
Женщина хочет стать самостоятельной: и для этого она начинает просвещать мужчин насчет «женщины самой по себе», — вот что является одним из самых пагубных успехов в деле всеобщего обезображения Европы. Ибо чего только не обнаружат эти грубые опыты женской учености и самообнажения!
У женщины так много причин стыдиться: в женщине скрыто столько педантизма, поверхностности, наставничества, мелочного высокомерия, мелочной разнузданности и нескромности — стоит только приглядеться к ее обхождению с детьми, — что, в сущности, до сих пор лучше всего сдерживалось и обуздывалось страхом перед мужчиной. Горе, если только «вечно-скучное в женщине» — а она богата им! — осмелится выйти наружу! Если она начнет принципиально и основательно забывать свое благоразумие и искусство, умение быть грациозной, игривой, отгонять заботы, доставлять облегчение и самой легко относиться ко всему, — если она основательно утратит свою тонкую приспособляемость к приятным вожделениям!
Уже и теперь раздаются женские голоса, которые — клянусь святым Аристофаном! — внушают ужас; с медицинской ясностью раздается угроза относительно того, чего женщина хочет от мужчины прежде всего и в конце концов. Разве это не проявление самого дурного вкуса, если женщина старается таким образом стать ученой? До сих пор, к счастью, просвещать было делом и даром мужчины, — таким образом можно было оставаться «среди своих»; принимая же во внимание все то, что женщины пишут о «женщине», мы имеем, наконец, полное право усомниться, чтобы женщина хотела просвещения умов на свой счет — и могла его хотеть…
