Декер продолжал разглядывать внутренность мавзолея. Сильно воняло плесенью. Две стены совершенно почернели – то ли от той же плесени, то ли от мха. А вот третью сплошь покрывали белесые потеки, словно зеркально отражающие такие же потеки снаружи. Потолок был весь в пятнах от многочисленных протечек.
Двинувшись вперед, Декер налетел бедром на какой-то саркофаг, почему-то выступающий из своей ниши. Почесывая ушибленную ногу, присмотрелся к выбитому на мраморе имени.
«Эбигейл Бэрон».
Бэрон заметил, куда смотрит Декер, сказал:
– Этот человек всю свою жизнь только себе и посвятил, супругу свою даже и тут задвинул подальше. – Оглядевшись по сторонам, добавил: – Тут уже все занято, так что заявки больше не принимаются. Лично мое место – на улице.
– Понимаю, почему вам хотелось поскорее выбраться отсюда, когда вы были маленьким, – произнесла Джеймисон, тоже озираясь по сторонам. – В смысле, тут кругом… Кругом только смерть.
Бэрон вывел их наружу и запер дверь.
Отойдя от мавзолея, Алекс изучила несколько окружающих его могил и обнаружила среди них две относительно новых – хотя, судя по датам, со времени захоронения прошло уже больше тридцати лет.
– Ваши родители? – спросила она.
Бэрон неторопливо отвернулся от мавзолея, пригляделся:
– Мой отец, Бенджамин, и моя мать, Дороти. Безвременно усопшие, как говорится.
Декер подошел ближе, прочитал надписи на надгробиях.
– Обоим даже пятидесяти не исполнилось. И умерли в один день. Что с ними такое случилось?
– Так до конца и не известно, – отозвался Бэрон, подходя к ним.
Декер с Джеймисон недоуменно уставились на него.
– В каком это смысле? – удивился Амос. – Должны же вы знать, от чего умерли ваши собственные родители!
– Одни считают, что они погибли в результате несчастного случая. Другие – что покончили жизнь самоубийством.
– И кому из них вы верите? – спросила Джеймисон.
– Ни тем, ни другим.
– И из-за чего же, по-вашему, они умерли? – продолжала она.
Джон посмотрел ей прямо в глаза:
– По-моему, их убили.
– То есть получается, уже три
– Да, именно так.
– А почему вы считаете, что их убили? – вмешался Декер.
– Давайте-ка немного прогуляемся. Тут неподалеку есть большой пруд. Правда, уже практически все отцвело, но рододендроны по-прежнему хороши, – мрачно предложил Бэрон вместо ответа.
Некоторое время он вел их за собой по хорошо утоптанной тропинке среди скоплений деревьев, потом свернул вправо.
– Когда-то семейные владения захватывали всю возвышенность вплоть до самого подножия, вдоль которого идет ведущая в город дорога, – объяснил Джон. – Правда, с тех пор много земли распродали, но, по-моему, самая красота как раз на той, что осталась.
Вышли из леса мимо длинной шеренги рододендронов к большому и изрядно заросшему всякой растительностью пруду, берега которого по всей его окружности довольно круто спадали к воде.
– В детстве я частенько сюда бегал, – произнес Бэрон, не отрывая глаз от водной глади. – Только купаться было нельзя. Видите, как все заросло? Вьюнки тянутся до самого дна. Запросто можно запутаться. Вообще-то кто-то из моих предков тут чуть не утоп. Так что с тех пор ходили сюда просто полюбоваться. Или покататься на лодке. Посередине довольно глубоко. Тут еще рыбу разводили – но так давно, что уже и не упомнить.
– И что же ваши родители? – напомнила Джеймисон.
– Они тут погибли, – просто ответил он.
– Но вы же только что сказали, что здесь никто не купался.
– А они и не купались. Они были в машине.
– И как же машина сюда попала? – спросил Декер.
– Тогда здесь была дорожка, которая вела сюда прямо от дома. Еще мой прапрадед проложил. Когда денег было некуда девать. Приезжали сюда на машинах и устраивали пикники. Я слышал, порой на целый день зависали. Помню, когда я был маленьким, отец нас с матерью тоже сюда привозил – только не на весь день, не могли мы уже позволить себе такую роскошь. Но все равно было классно. Это одни из самых счастливых моих воспоминаний – как мы бывали здесь вместе с родителями.
Он уселся по-турецки прямо на траву. Декер с Джеймисон остались стоять.
– Теперь тоже иногда здесь бываю – просто подумать. И посмотреть на воду. И еще выпить, – добавил Бэрон. – Я тогда был в колледже, только-только на второй курс перешел. И тут звонок из полиции. Моих родителей нашли в машине на дне этого пруда. Совсем мертвых, естественно.
– О господи, – ахнула Джеймисон.
Бэрон поднял на нее взгляд:
– Сомневаюсь, что Господь Бог имел ко всему этому какое-то отношение.
Опять уставился на воду.
– А что же тогда сказали в полиции? – поинтересовался Декер.
