– Глеб, Крысун, помогите мне! – сказал Громол, остановившись перед бревнами с длинными лозинами в руках.
Только сейчас Глеб разглядел в траве четыре березовых шеста. Их вместе с лозинами приволок откуда-то Громол.
Глеб, пошатываясь от усталости, поднялся на ноги.
– Делайте, как скажу, – распорядился охотник.
И они взялись за работу. Время от времени, ворочая бревна, Глеб бросал взгляды на ногу Громола. Тряпка, стягивающая рану, распухла, набрякла и подсохла, и вместо ступни у Громола теперь было нечто багровое, бесформенное и жутковатое.
Но охотник, казалось, позабыл про рану. Он работал ловко и споро. Бревна сложили вместе, снизу подложили два березовых шеста, сверху – еще два, переплели их ивовыми прутьями.
Плот был готов.
– Ну вот, – сказал Громол, выпрямляясь и отирая ладонью потный лоб. – Теперь…
Что-то клокотнуло у него во рту, а лицо дрогнуло и посерело. Из-за спины Громола вышагнул Крысун. В руке охоронец держал нож, и с ножа этого капала кровь.
– Конец охотнику, – хрипло выговорил Крысун и тихо засмеялся.
Громол покачнулся и рухнул на землю.
Глеб не верил собственным глазам. Крысун ударил Громола ножом в спину? Может ли такое быть? Но факт оставался фактом. Глеб сжал кулаки и двинулся на Крысуна.
– Стой, где стоишь, чужеземец! – крикнул Крысун и наступил ногой на ружье и меч Глеба, лежавшие в траве. – Ты безоружен! А у меня нож, и я отлично им владею!
Глеб остановился.
– Мразь, – процедил сквозь зубы Глеб. – Ты ударил его в спину.
– И что с того? – насмешливо осведомился Крысун.
Глеб подавил в душе волну клокочущего гнева и тихо проговорил:
– Позволь, я обработаю ему рану.
Крысун покачал головой:
– Нет. Громол подыхает. Я ударил его под левую лопатку.
– Крысун… – захрипел на траве охотник. – Пошто сгубил?.. Змей…
Он попытался поднять голову, но не смог. Кровь из раны в спине лилась широким потоком и уже собралась на земле в большую лужу.
Крысун поднял из травы ружье, переломил ствол, вынул из него патроны и швырнул в траву. Должно быть, видел, как это делает Глеб. В чем в чем, а в наблюдательности этому мерзавцу не откажешь.
Крысун сложил ружье и швырнул его Глебу:
– Держи свой посох.
– Ты возвращаешь его мне? – не поверил ушам Глеб.
– Он тяжел, а без этих маленьких штук безопасен. Тащи его сам.
Глеб поднял ружье и закинул его за плечо. Крысун перевел взгляд на охотника.
– Прости, Громол. Ты хороший человек. Но ты застил мне путь, и я должен был тебя убить. Хошь – добью, чтоб не мучался?
Громол не ответил. Крысун вгляделся в лицо охотника и выдохнул:
– Сам помер! Вот и ладно. Эй, чужеземец, – снова окликнул он Глеба, – бери узлы и топай вперед!
Орлов взял мешки и закинул их за спину.
– Мразь ты, Крысун, – угрюмо проговорил он. – Мразь и предатель.
– Сам знаю, – спокойно отозвался охоронец. – Но нас с тобой теперь двое, и собачиться нам недосуг. Если сгинем – то сгинем оба. В одиночку и часа тут не продержаться.
– Надо предать тело Громола огню. Не сожжем – в упыря превратится.
Крысун дернул щекой:
– Пускай его. Упырем больше, упырем меньше. Нам теперь задерживаться нельзя. Коли сплавимся по реке, до Пепельного озера всего полчаса.
Сплавились. И доплыли даже быстрее, чем предполагал Крысун. Едва Глеб выпустил из рук шест, чтобы дать отдохнуть натруженным мышцам, как охоронец возбужденно проговорил:
– Вон оно – Пепельное озеро!
Глеб глянул, куда он показывал, и увидел огромную гладь воды пепельно-бурого цвета, простирающуюся прямо по курсу.
Крысун засмеялся.
– Ну, таперича мы…
Что-то ударило Глебу в грудь и сшибло его с плота в воду. Крысун с громким плеском повалился следом за ним.
– Что случилось! – крикнул Глеб, барахтаясь в воде.
– Мель! – крикнул в ответ Крысун.
Однако никакой мели не было. Плот, потеряв сплавщиков, даже не остановился. Он стремительно миновал устье реки и поплыл дальше.
Глеб повернул к берегу и поплыл стремительными рывками, держа голову над поверхностью и боясь хлебнуть страшной, ядовитой воды.
– Обожди! – крикнул Крысун и по-собачьи заработал руками и ногами.
Наконец Глеб почувствовал под ногами дно. Хрипя от усталости, он побрел к берегу. Ружье слетело с плеча, и Глебу пришлось остановиться, чтобы вернуть его на место. А сзади уже барахтался в воде Крысун.
Услышав плеск, Орлов обернулся, и как раз вовремя – Крысун выскочил из воды и бросился на него с кинжалом. Однако вода замедлила движения охоронца, и Глеб, стоявший выше, опередил его. Он сорвал с плеча мокрое ружье и двинул Крысуна прикладом по лбу.
Голова Крысуна скрылась в воде. Глеб шагнул к нему, сунул в воду руку, схватил захлебывающегося охоронца за волосы и потащил его к берегу.
Пять минут спустя они лежали на берегу озера и, хрипло хватая ртами воздух, пытались восстановить дыхание. В одной руке Глеб держал ружье, а в другой – кинжал-скрамасакс, отобранный у подлого Крысуна.
Немного отдышавшись, Орлов приподнял голову и взглянул на озеро. Брошенный плот дрейфовал вдоль берега. В отдалении виделись темные очертания острова.
Глеб сел и перевел взгляд на Крысуна.
– Слышь, ты… – неприязненно проговорил он. – Что-то сбросило нас с плота.
