В музыке сокрыта великая сила: вдохновлять, разжигать в сердцах огонь… либо разбивать эти сердца, низвергая души в холод непроглядной тьмы. Достаточно лишь вплести нужные ноты, и человек сам не заметит, как окажется в их плену. Чем талантливее музыкант, тем невероятнее этот дар в его руках.Они – те, кто были рождены с силой, напугавшей небеса, и небеса сковали их. Но цепи, в которые заковывают ангелы, всегда может сбить… некто другой. Правда, на своих условиях. Все может измениться, но люди останутся прежними. Есть только любовь, страсть и музыка. А еще – судьба целого мира, которую предстоит решить Падшим пророкам!
Мощные запилы электрогитар разносились от динамиков по концертному комплексу, битком набитому людьми. Все и каждый устремили взгляды на темную сцену, задекорированную в честь праздников, где угадывалось шесть черных силуэтов. Вот-вот должны были вспыхнуть софиты, а вместе с ними – взорваться музыкой инструменты, с нетерпением ожидающие этой заветной секунды. Миг, еще один!..
На снег упало всего лишь несколько капель крови. А потом не прошло и минуты, как новые белые снежинки скрыли ее без следа.
Метель, бушевавшая весь день так, словно собиралась разодрать город на части, к вечеру улеглась. И теперь лишь спокойные, пухлые хлопья снега медленно опускались на заметенные сугробами улицы старинного города, отживающего последние дни старого года.
В имении графа Валлона уже зажгли свечи, когда в дверь постучали. Луиза, молоденькая горничная, открыла и поприветствовала высокого, крепкого черноволосого юношу в потертом камзоле под старым пальто. В руке он держал футляр со скрипкой.
– О, так это вы… новый учитель музыки для молодой графини? – поинтересовалась Луиза, коварно заправляя за ушко прядь белокурых волос.
– Да, Влад Занабриски к вашим услугам, – поклонился юноша с галантностью бывалого ловеласа.
– Идите за мной, я провожу вас, – улыбнулась девушка, и жестом пригласила Влада в коридор роскошного поместья, украшенного к праздникам.
Богатое убранство дома графа было крайне непривычным для бедного иностранного скрипача. Глядя на отражение своей поношенной одежды в зеркалах, обрамленных золотыми рамами, он чувствовал непреодолимое смущение.
– Сюда, – улыбнулась Луиза, и открыла инкрустированные золотом двери.
Глазам Влада открылась довольно спокойная картина: симпатичная служанка с пышными формами и длинным светлыми волосами наливала чай худощавой красавице в строгом голубом платье. Сама девушка тем временем меланхолично наблюдал за ней серыми глазами, запустив пальцы в собранные в прическу темные волосы.
– Ты свободна, Ханна, – небрежно бросила молодая графиня, увидев скрипача.
– Если понадобится моя помощь, я всегда к вашим услугам, леди, – поклонилась горничная и, покинув комнату вслед за Луизой, закрыла дверь.
В полумраке роскошной комнаты царила тишина. Влад с любопытством смотрел в глаза своей новой ученицы. А ее равнодушные серые глаза смотрели на него с тенью затянувшейся апатии.
– Влад, верно? Так это вы будете учить меня музыке? – презрительно спросила девушка.
– Да, леди Маргарет, – кивнул Влад, и на скрытой тенью половине лица растянул губы в ироничной полуулыбке.
– Так давайте, учите, – зевнула юная графиня. – Я не хочу тратить на эти уроки времени больше, чем отведено моим отцом. Покажите-ка, на что вы способны.
– Хорошо, – скрипнув зубами, согласился бедный музыкант, положил на стол футляр и достал из него старую черную скрипку.
Рука спокойно взяла смычок и поднесла его к струнам.
А миг спустя сердце Маргарет разрезало резким трагическим звуком, который Влад легким движением вырвал из скрипки. После этого полилась тихая, мажорная мелодия… которую оборвали драматические аккорды. Нарастала буря – стремительная, непрерывная, страстная! Влад самозабвенно водил смычком по струнам даже несмотря на то, что волосы растрепались, и пряди налипали на потное лицо.
Маргарет не могла отвести взгляд от закрытых в экстазе глаз скрипача. Он словно гипнотизировал ее, безнадежно пленял какими-то чарами, которым девушка не была в силах сопротивляться.
Казалось, даже пламя свечей играло тенями в такт музыке. Струны издавали звуки настолько трагические, что молодой графине показалось, будто из них скатилась и упала на пол горячая капля красной крови!
А потом Влад закусил губу и закончил мелодию тремя драматическими пассажами.
– Так что, теперь мы, наконец, начнем урок? – спокойно поинтересовался Влад, хитро прищурив глаза.
Слова застряли у Маргарет в горле. Язык не слушался, упорно не желал создать хоть одно слово.
– В чем дело, леди? – лукаво поинтересовался Влад.
– Эта музыка… – прошептала Маргарет одними губами. – Она…
– Она поразила вас?
– Это моя музыка, – выдохнула девушка, ощущая приятный дурман, обволакивающий ее сознание. – Мои чувства, мои страдания… Моя пустая, бессмысленная жизнь! – взорвалась она, вскочив на ноги. – У меня есть все, но я просто птица в золотой клетке, которая вынуждена жить так, как решил отец! Этот бабник, черствый эгоист!.. Такая жизнь не для меня, я не могу так! – в отчаянии воскликнула Маргарет, глядя в глаза скрипача. – Как тебе удается это? Ты живешь, как хочешь. И я завидую тебе, обычному музыканту… нет, не обычном, гениальному! Я хочу жить! Хочу играть!
– Жить? Играть? – заинтересованно проговорил Влад. – Я могу дать тебе такой урок, – вдумчиво предложил юноша.
– Научи меня… учитель, – прошептала завороженная девушка.
