Бывший молотобоец явился первым. Утром я успел переброситься с ним только парой фраз. Узнал, что от взрыва его спас талисман-оберег от Триты и что когда в Арладаре рвануло, его перебросило прямиком в Драаран, но с временны́м лагом в два с половиной месяца. То есть, когда он пришёл к Дайрусу, моему заместителю по баталии, с того времени, как мы сокрушили Империю, прошло уже десять с лишним недель.
Теперь, когда обстановка в городе нормализовалась, мы могли поговорить с ним более обстоятельно.
— Как вы спаслись, монсьор? — спросил мой старый приятель прямо с порога.
— Наверное, тем же чудом, что у тебя, — пожал я плечами. — Только без оберега. И перекинуло меня не в Драаран и не в Пустоград, и не в Сежеш, а в пустыни Тилланда.
— К чернокнижникам⁈ — изумился молотобоец.
— Их колдуны называют себя «саиры» и «пери», — поправил я Хруста и начал рассказывать. — По сути, такие же рунные мастера, как и наши, из Драарана. И точно так же, как мы, терпеть не могли Империю…
О своих приключениях и о том, как победил императора и его альтер-эго, я рассказывал минут двадцать, не меньше. Врал, как говорится, напропалую. В том смысле, что разбавлял правду огромной массой «подробностей», в которых правда просто тонула.
Зачем я так делал?
Во-первых, чтобы сохранить до поры до времени в тайне те факты, в каких ещё сам пока не сумел разобраться. А во-вторых, чтобы легализовать мою спутницу.
С последним всё получилось как нельзя лучше.
В моём изложении здешняя история Алины выглядела, как настоящий триллер с короткими драматическими отступлениями. Слушая её, моя спутница то краснела, то бледнела, то порывалась что-то сказать, но я делал ей знак, что не стоит, я знаю, что делаю, что «это я из роли, из роли, ну это вот роль такая» [1].
По моей версии выходило так, что с Алиной мы из одной деревни и что примерно лет восемь назад её похитили какие-то пришлые бандюганы. А ещё через год она оказалась в лапах Конклава, и её, как и многих таких же, стали готовить в невесты Ашкарти. Дальше шли красочные описания пыток и издевательств над малолетними пленницами, определение Алины в наложницы Горша и, наконец, побег — единственный за всё время существования Империи удачный побег из призрачного дворца в Арладаре.
После этого героиня рассказа, скрываясь от магов-ищеек, скиталась по всей Империи. Училась владению мечом у старого, преданного своими учениками, но не потерявшего навыков мастера боевых искусств. Проникала в тайны древней, ещё додраконовой магии у лесной ведьмы, изгнанной из родного села по ложному обвинению конкурентки за сердце какого-то местного парня. Сражалась со злыми тварями в восточных предгорьях, спасая тамошних жителей от колдовских чар повелителя оборотней. Пробиралась через безводные степи в Тилланд, уводя из имперского плена полсотни освобождённых ею южанок-рабынь. Отбивалась от обвинений продажных судей-саиров, приписавших ей шпионаж в пользу Империи. Сидела в тюрьме, приговорённая к смерти через сожжение. Бежала оттуда, сумев уничтожить запирающие её камеру рунные заклинания. Примкнула к ривийским мятежникам, желающим свергнуть погрязшего в пороках великого взира. Проникла к последнему во дворец и уничтожила его в магическом поединке. Получила после такого подвига титул «великая пери». Снова бежала, отказавшись стать главной наложницей нового взира. А дальше, в одном из заброшенных оазисов на границе Тилланда, когда её почти что догнали батыры охранной сотни, повстречала меня…
Услышанным Хруст впечатлился настолько, что последние пять минут сидел, уронив на пол челюсть, и во все глаза пялился на мою спутницу. А та от смущения просто не знала, куда деваться, и облегченно выдохнула только тогда, когда я закончил рассказ и взглянул на молотобойца:
— Ну, а теперь давай ты. Рассказывай, кем ты сейчас в баталии, что нас в Драаране, какие проблемы, что хочет от нас Совет командоров?
Несколько долгих секунд мой приятель смотрел на меня непонимающим взглядом, но после всё же встряхнулся:
— Да про меня-то чего там рассказывать? С Тарой у нас всё отлично, живём душа в душу. Её брат предложил мне заняться в вашей баталии абордажниками. Ну, типа, чтобы не только на море бы хорошо воевали, но и на суше. И чтобы там всякие улучшения по технике внёс, опытом, так сказать, поделился.
— И как? Хорошо получается?
— Да вроде бы ничего, — Хруст внезапно вздохнул. — Парни-то из баталии мало-помалу уходят. Вот и приходится это… как вы говорили… делать всё, чтобы пусть лучше меньше, да лучше.
— Так, — пробарабанил я пальцами по столу. — А вот с этого момента я попрошу поподробнее…
В принципе, мне уже рассказали в общих чертах, какие проблемы стоят сейчас перед баталией Краум и как мой зам Дайрус пытается их решить. Однако услышать, что думают по этому поводу люди «со стороны», такие как Хруст, было бы, безусловно, полезно.
