Десантник почесал черепушку, но, глядя в пылающие глазищи своей мелкой пакости, оспорить решение не посмел. И, с горем пополам расстелив постель, попытался втиснуться в не предназначенный для подобных эскапад диван. Через час он, правда, переехал на пол, но ведь дело было не в комфорте! А в том, что он привык засыпать под чужое сопение и в стальных объятиях юного яута.
Нет, он пытался помириться. И как-то даже приготовил ужин. И зверика выгуливал. На поводке. Но Мелкий был неумолим. И Рич затосковал. А так как лучшей панацеей от любых эмоциональных хворей считал секс и хорошую драчку, то записался в отряд по зачистке на первую же попавшуюся заварушку. Ну не изменять же ему было мелкой пакости? А тут вроде как и разомнется, и яут, глядишь, поостынет.
Первый пункт он выполнил с блеском. И довеском в виде здоровенного куска металла, отколовшегося от борта старой лоханки, напичканной взрывчаткой по самые дюзы. Она болталась у дока, как то самое в проруби, признаков жизни не подавала и вообще делала вид, что держится исключительно на одном природном упрямстве и гордости эмблемы. В общем, подозрений не вызывала. И рванула в тот самый миг, как Рич с парой-тройкой своих парней возвращались с очередного «веселья». Уставшие донельзя десантники даже среагировать не успели на вспышку, когда вокруг вдруг настал армагедецц.
Но бог десантников таки их хранил, потому как живы остались все, а то, что в больничке надо полежать — так это хрен с ним, не в первой. Вот только Рич на месте усидеть не мог. И метался по палате и коридорам, бодро подволакивая ногу. Ибо стоило адреналину в крови улечься, так в голову снова полезли нехорошие мысли.
А день был таким теплым и погожим, и нога почти не болела, что хандрить категорически не хотелось. А хотелось увидеть Мелкого. И даже, черт с ним, зверика этого своего пусть оставляет. В конце концов, он, Рич, сделает из того настоящего сторожевого монстра. Не то, чтобы яуту это вообще было нужно, но сердце Рича точно будет спокойней в отлучках. А приняв решение, Рич его никогда не менял. И уже через сутки стоял у двери в родную квартиру, за дверью которой пахло чем-то сладким и ванильным. Никак Мелкий оладьи осваивает…
Дверь не скрипнула. Рич мог в этом поклясться. Но стоило ему переступить порог, как в него со всего маха впечаталось что-то тяжелое и очень радостное. Отодрать от себя «песика», пребывающего на любовном подъеме, Рич даже не пытался, поэтому стойко терпел издевательство, пока чья-то очень сильная и неумолимая рука не сделал это за него. На мгновение сердце Рича испуганно сжалось от неизвестности приговора, но вместо рассерженного взгляда встретился с полными немого обожания и самой настоящей тоски глазами Мелкого. Выдержать этого Рич уже не мог. И, схватив в охапку свое когтистое и клыкастое чудо, прижал к себе, целуя жадно и голодно. Яут ничего против не имел, и уже через пару минут прижимался грудью к стене, уничтожая когтями свеженькую побелку, скуля и подвывая от резких движений Рича и того, как мощно и глубоко входила в него чужая плоть. И даже то, что все закончилось слишком быстро — мало уменьшило кипевшее в крови возбуждение. И Рич, недолго думая, сдернул свою мелкую пакость на пол. И вот тут-то оторвался по полной. Да так, что до постели они оба добрались только через час. Уставшие, сонные, но счастливые. Уже засыпая под тихое сопение в ухо и ласку острых когтей, Рич подумал о «песике» и о том, что почти удивлен тому, что тот еще не развалился на ногах. Но потом услышал с кухни довольное чавканье и успокоился. В конце концов, если к утру животинка не подохнет, можно будет попробовать оладьи.
Комментарий к Часть 3
Если вам показалось, что в “песике” вы узнали мелкого Чужого, то вам не показалось :)
========== Часть 4 ==========
Если и было еще на свете что-то, что Рич считал таким же бесполезным занятием, как посещение дискотек и прочих клубов, то он такого не знал. Куча народа, все дергаются под странные завывания и вопли, от которых даже у потрепанного боями десантника уши в трубочку заворачиваются — что интересного может быть в таком времяпровождении? Рич не понимал. О чем так и сказал Мелкому, однажды заявившему о своем желании подобное заведение посетить. Разумеется, в его, Рича, компании. Отошедший от первого шока десантник сначала долго и витиевато ругался на головидение с его рекламой и сериалами земного производства, которые Мелкий периодически смотрел запоями, выдохся, но потом представил себя в окружении чокнутой молодежи, и начал заново.
