Палач полностью

Она положила трубку, подняла голову, ощутила на лице острые холодные капли дождя и окликнула Руша.

Из-за края крыши выглянула его голова.

– Что там? – спросила Бакстер.

– Крыша, – немного смущенно ответил он.

– У криминалистов есть новости.

Она тактично сделала вид, что не заметила, как при спуске у него в паху лопнули по шву брюки.

– Ну что, пойдем?

– Да. Очень интересно, – сказал техник Стив. Его окружала мешанина проводов, соединявших ноутбуки с мигающими коробочками, которые, в свою очередь, тянулись к другим мигающим коробочкам, а оттуда – к мобильным телефонам, – я еще раз проверил телефон нашего убийцы с Молл-стрит.

– Что совершенно не понадобилось бы, если бы кое-кто с самого начала хорошо сделал свою работу, – с осуждением сказала Бакстер.

– Не будем показывать пальцем, – неловко улыбнулся Стив, хотя Бакстер ровно это и делала, – в общем, кое-что обнаружилось. Вот это – он указал на дорогой смартфон, лежавший на столе, – принадлежало Патрику Питеру Фергюсу.

Стив быстро напечатал что-то на своем ноутбуке.

Смартфон жизнерадостно пикнул.

– Кажется, вам пришло сообщение, – сообщил Стив с восторгом.

Бакстер закатила глаза, взяла телефон и кликнула по иконке текстового послания:

– Привет, босс, смайлик, – вслух прочла она.

– Погодите, это еще не все, – заверил ее Стив, отсчитывая по часам секунды и с трудом сдерживая волнение. – Ну, вот! Попробуйте прочесть его еще раз.

Бакстер вздохнула, ее все это начинало раздражать. Она опустила глаза на дисплей, но тут увидела, что сообщения больше нет. Она в замешательстве открыла журнал входящих эсэмэсок, но и там ее не нашла.

– Она исчезла!

– Они самоуничтожаются сразу после прочтения, – гордо заявил Стив, – я назвал их «сообщения-самоубийцы». В этом телефоне установлен клон одного из мессенджеров. Выглядит он как обычный. И в 99,9 процента случаев он и ведет себя как самый обычный – пока не получит эсэмэс с определенного номера. И тогда происходит вот это, и восстановить сообщение невозможно.

Бакстер повернулась к Рушу; он изо всех сил старался не упустить нить разговора.

– Что вы по этому поводу думаете? – спросила она его, в то время как Стив, широко улыбаясь, копался в своей технике.

– Я думаю… если он отправит еще одну эсэмэс, то намочит себе штаны от восторга, – прошептал он.

Бакстер хихикнула.

– Хочу уточнить, – громко сказал Руш, окидывая взглядом оборудование. – Получается, что Патрик Питер Фергюс был гениальным шестидесятилетним технарем-Санта-Клаусом?

– Определенно нет, – ответил на это Стив, – это сделал кто-то, кто реально шарит. Приложение впаяли еще на этапе производства.

– Где?

– Я прямо сейчас работаю над этим вместе с американцами, у них таких устройств куда больше, чем у меня.

– Но ты сказал, что у нас уже есть какие-то зацепки, – напомнила ему Бакстер.

– Есть, – улыбнулся Стив, – сервер в штаб-квартире компании «С-С Мобайл» в Калифорнии, через который, каждый раз с нового номера, поступали все эти сообщения-самоубийцы. Прочесть данные с телефонов у нас вряд ли получится, но там они вполне могли остаться. ФБР должно в течение часа прислать нам копии этих сообщений.

Бакстер выглядела почти довольной – во всяком случае, не такой несчастной, как обычно.

Стив набрал еще одно сообщение и ликующе нажал клавишу ввода.

Телефон в руках Бакстер зажужжал:

Принтер в головном офисе заглатывал страницу за страницей, обещая Бакстер и ее команде долгие часы изнурительной работы.

В эту ночь столичное подполье особенно отличилось; почти все сотрудники уехали по вызовам, и мало кто мог помочь с сортировкой груды сообщений, изъятых ФБР с сервера компании «С-С Мобайл». Бастер сумела задействовать только шестерых, большинству из которых пришлось выйти на работу в свой выходной.

Она сняла с маркера колпачок:

– Это еще что за хрень? – прошептала она, откладывая листок в отдельную кучку.

Через четыре часа все пришли к единому мнению, что подобных пустопорожних фраз, провокаций и наставлений самих по себе еще недостаточно, чтобы поработить даже самый восприимчивый рассудок. Эти коварные сообщения, будившие пациентов по ночам, чтобы тут же исчезнуть, преследовали несколько иную цель – вкрасться в их мысли в долгие часы одиночества между сеансами, чтобы впоследствии превратить слабость в оружие.

– Это еще что за хрень? – громко произнес сидевший за соседним столом Руш и поднял глаза на доску, куда заносились извлеченные из эсэмэсок подробности трех собраний по обе стороны Атлантики. Они уже успели запросить соответствующие записи камер видеонаблюдения.

– У меня такое ощущение, что он зондировал паранойю своих пациентов, определял, насколько никчемными они себя ощущают, – сказала Бакстер, выделяя маркером еще одно послание. Она прекрасно понимала, что эти слова звучат как пустопорожняя психобредятина, которой ее так когда-то бесил Эдмундс. – Он обещает каждому из них величие и жизненную цель, которые они никогда бы не смогли обрести собственными силами.

Руш ждал, когда она соберется с мыслями.