Водитель ткнулся лицом в баранку, и, нарушая вязкую тишину пустыни, раздался пронзительный гудок клаксона. Болан осторожно приблизился к машине. Одному из сидевших сзади пуля попала в шею. Рядом с трупом лежал автоматический пистолет 45-го калибра, а под ногами валялся обрез охотничьего ружья. У водителя, судя по неестественному наклону головы, была сломана шея, а удар пули, попавшей ему в плечо, бросил уже мертвое тело вперед. Тот, кого выбросило из машины в момент удара о стальную балку, неподвижно лежал на дороге и чуть слышно стонал. При каждом вздохе у него на губах вскипала розовая пена. Коренастый крепыш с намеком на животик, первым оказавшийся на пути Болана, получил пулю прямо в сердце.
Внезапно Мак услышал шум двигателя — со стороны заводских корпусов приближалась машина с синей мигалкой на крыше. Болан столкнул с сиденья мешавший ему труп шофера и вытащил из перчаточного ящика регистрационные документы на машину. Сунув их в карман куртки, Мак бегом вернулся к своему «форду», выключил свет и вихрем рванул с места. На перекрестке он сделал короткую остановку, чтобы изучить документы, захваченные в черной машине. Возбуждение, вызванное погоней и короткой стычкой, уступило место холодной ярости. Машина была зарегистрирована на имя Джона Порточчи, проживавшего в пригороде Финикса. Болан хорошо знал это имя. Джонни «Музыкант» Порточчи был вторым лицом мафиозного семейства, контролировавшего Финикс.
Еще во Вьетнаме Болан постиг истину, которая сводится к тому, что все козыри находятся в руках атакующего. Обороняющемуся приходится лишь «реагировать» и сдерживать натиск противника. Завершив битву в Палм-Спрингсе разгромом семейства Диджордже, Болан выполнял маневр, называемый на языке военных отходом, и в течение двух недель придерживался оборонительной тактики. Но «реагировать» ему надоело, и он постепенно склонялся к мысли, что единственный способ выбраться из Аризоны заключается в проведении мощной наступательной акции.
Теперь, когда прозвучали первые выстрелы, полиция штата, несомненно, вмешается в эту историю. Схватки на дорогах пустынной Аризоны могли оказаться чрезвычайно опасными.
Погрузившись в свои мысли, Болан взвесил на ладони регистрационную карточку, посмотрел на восток, вздохнул и с чувством покорности судьбе повернул на запад, к Финиксу. Неожиданно в памяти всплыло воспоминание об одной детали, поразившей его при чтении книги о культуре Древнего Мира. Там тоже упоминался Феникс — огненная птица из египетской мифологии — символ возрождения и обновления. Болан улыбнулся и еще быстрее погнал машину в сторону города.
Выстроенная в средиземноморском стиле, двухэтажная резиденция Джонни «Музыканта» располагалась в глубине квартала — метрах в пятидесяти от главной улицы. Ее обступали другие, не менее роскошные виллы, окруженные скверами, небольшими парками и круговыми дорожками. Проезжая перед виллой одного из боссов мафии, Мак подумал: «Интересно, принимают ли Порточчи сливки местного общества?» Прямо перед домом, на посыпанной желтым песком дорожке, стояло несколько машин, а огромный черный лимузин застыл у открытых ворот гаража, соединенного с домом открытой галереей. Фасад виллы освещал мощный прожектор, однако Мак заметил, что сквозь неплотно задернутые шторы окон первого этажа пробивались полоски яркого света.
Весь второй этаж виллы был погружен в темноту. Не горел свет и в окнах комнат, расположенных над гаражом. Два человека, прислонившись к крылу одной из машин, о чем-то оживлено беседовали.
Болан проехал мимо, повернул на первом же перекрестке и поставил машину на стоянку. В квартале царили тишина и спокойствие. Редкие фонари едва-едва разгоняли ночную темень. Болан снял куртку, достал с заднего сиденья черный комбинезон и вышел из машины, чтобы переодеться. На талии Мак застегнул широкий пояс с закрытой кобурой, затем навинтил на ствол «люгера» длинный цилиндр глушителя, проверил и зарядил запасные обоймы. Оставалось только обуться. Болан затянул шнурки черных кроссовок, выпрямился и растворился в тени густых деревьев. Ему понадобилось всего несколько минут, чтобы добраться до виллы Порточчи, задний фасад которой выходил в парк. Мак спрятался в тени невысокого дощатого забора, за которым находился бассейн, и осмотрелся.
Бассейн был пуст и неухожен. На краю небольшого трамплина сидел, свесив ноги, человек в костюме и, запрокинув голову, смотрел на звездное небо. Болан заметил у него на коленях оружие и в течение нескольких минут наблюдал за ним, раздумывая, как поступить. Решившись, он подобрал кусочек гнилой деревяшки, отвалившейся от забора, и бросил его в тень патио по другую сторону бассейна. С негромким стуком деревяшка упала на плитки, которыми было выложено все пространство вокруг бассейна, и отлетела в сторону.
Человек на трамплине отреагировал мгновенно. Вскинув на уровень груди небольшое ружье, он встал на колени и, прищурившись, стал вглядываться в темноту, обступившую бассейн. Болан вышел из укрытия и, стоя метрах в десяти от трамплина, позвал:
— Эй!
