— Непременно, — с усмешкой ответил Таррин. — Она беспокоится за тебя, Можешь рассматривать это, как утешение.
Болан кивнул головой и тронул машину с места.
— Эй!.. Постарайся не болтаться здесь сегодня вечером, ладно?
— Значит, ты переходишь в наступление, — констатировал Лео.
— Именно это я и хотел сказать. Держись-ка ты подальше отсюда.
— Спасибо. Я воспользуюсь твоим советом.
— Надеюсь, вы не хотите, чтобы вас прихлопнули прямо сейчас? — с раздражением спросил Броньола. — Давайте-ка будем разбегаться. Не забудете прочитать эти документы?
— Сейчас я уже не отступлю, — ответил Болан бесцветным голосом. — Эта кампания обошлась мне слишком дорого.
— Но, по меньшей мере…
Болан решительно газанул и оставил Броньолу с раскрытым ртом посередине улицы. Когда машина Палача исчезла за поворотом, он посмотрел на Таррина.
— Это самый хладнокровный человек из всех, кого я знал в своей жизни. Таким он не был даже месяц назад в Лос-Анджелесе. Вот, черт!..
— Он потерял друга, Гарольд, — объяснил Таррин. — Вы не обратили внимание на то, что находится в той машине?
— Нет, я…
— Идите сюда.
Таррин подвел своего собеседника к покореженной машине.
— Я покажу вам то, что не может оставить Палача равнодушным.
Отель «Бич Гасиенда» был построен в старинном испанском стиле: с колокольней и черепичной крышей. Сад по всем направлениям рассекали аллеи с фонтанами и водоемами. У самого бассейна стояли небольшие хижины-раздевалки. Сам отель состоял из трех зданий, искусно сориентированных, чтобы изолировать патио и сады от внешнего мира, но сохранить при этом восхитительный вид на море. На пляже находилась уменьшенная копия испанского галеона восемнадцатого века, который служил сухим доком для тех, кто предпочитал песок в сочетании с освежающими напитками и удобными шезлонгами. Для тех, кто принимал пляж всерьез, здесь было полно тончайшего золотисто-белого песка, лазурной воды, парусных досок для виндсерфинга, яхт и прочих игрушек для развлечения на воде.
Здания отеля были одноэтажными, за исключением колокольни, возвышавшейся над самыми роскошными апартаментами. На улицу смотрели гладкие стены зданий, но изнутри все комнаты выходили в патио, и чтобы попасть в сад, достаточно было откатить в сторону широкую стеклянную дверь в роскошной раме.
В местных мафиозных кругах «Бич Гасиенду» называли «бараком», а помещение под колокольней служило последнее время в качестве зала для совещаний совета капо.
Но сейчас этот люкс был почти пуст, если не считать человека с полузакрытыми глазами, в белой куртке стюарда, который сидел на табуретке в углу гостиной. Двое других стояли на балконе, возвышавшемся над зимним садом. Это были Сиро Лаванжетта и его помощник из Таксона Сальваторе Ди Карло. Лаванжетта стоял у края балкона и пытался нагнуться, чтобы разглядеть улицу перед отелем. Однако это оказалось невозможным. Сиро обратился к Ди Карло:
— А я тебе говорю, Сал, что слышал выстрелы и взрывы. Там, снаружи, что-то случилось.
Словно в подтверждение слов Лаванжетта, вдали послышался вой полицейских сирен.
— Я так и знал! — воскликнул он.
— Они далеко, Сиро, — успокаивающе произнес Ди Карло.
— Тем не менее, я волнуюсь. Я бы хотел, чтобы вернулись братья Талиферо…
После короткой паузы Ди Карло добавил:
— Ты бы лучше отправился на яхту, как все. Там мы находимся в большей безопасности, Сиро. Тебе стоило бы отправиться туда.
— Еще не все перебрались на яхту, Сал, именно поэтому я и остался. Посмотри-ка вниз и скажи мне, кто там сплетничает у бассейна?
Ди Карло перегнулся через перила балконного ограждения.
— Похоже, там Джорджи Сосиска и Оджи Маринелло.
— Точно. И я могу с абсолютной уверенностью сказать, что Сосиска пытается вбить в голову Оджи!
Ди Карло покрутил головой.
— Да он забивает ему голову всякой чепухой, Сиро!
Лаванжетта выругался, потом добавил:
— Я больше не собираюсь терпеть оскорбления, Салли.
— Он мне тоже стоит поперек горла, — заявил Ди Карло.
После минутного молчания Лаванжетта сказал:
— А ты знаешь, Сал, меня устраивает появление Болана.
— Если он сунет сюда свой нос — он конченый человек, — проворчал Ди Карло.
— Да, но может статься, что вместе с ним умрет кое-кто еще, Салли, если ты понимаешь, что я хочу сказать.
Ди Карло задумался.
— Я понимаю, куда ты клонишь, Сиро. Это было бы очень справедливо.
— Вижу, ты понял меня. Мне бы очень хотелось, чтобы Болан появился здесь еще до того, как все переберутся на яхту, и сделал сосисочный фарш из одного «франкфуртского» короля.
Завывания сирен раздавались все ближе и ближе. Ди Карло потянул носом воздух.
— Пахнет гарью. Может, Болан уже здесь и сейчас поджигает отель?
Лаванжетта негромко рассмеялся.
— Я бы не стал сбрасывать со счета и такую возможность, Сали.
