Римская империя, 30 год нашей эры. Тит Веспасиан из рода Флавиев, отслуживший четыре года в гарнизонах на окраине империи, оказывается втянут в клубок столичных политических интриг. Чтобы выполнить секретное задание бабки юного Гая Калигулы, Веспасиану и его брату Сабину приходится пережить немало приключений. Они бьются с гетами на заснеженных перевалах Фракии, посещают святилище оракула, вступают в схватку с пиратами у берегов Греции. Однако главные опасности подстерегают братьев в Вечном городе Риме, где все продастся и покупается, а дешевле всего стоит человеческая жизнь.
РИМ, ноябрь 29 года н. э.
Отрывистый стук, — стук грубых сандалий о влажную мостовую, — отлетал эхом от грязных кирпичных стен темного переулка на Виминале, по которому быстрым шагом двигались две закутанные в плащи фигуры. От первого зимнего тумана, который в тот вечер опустился на город раньше обычного, темная безлунная ночь казалась еще непрогляднее. К туману примешивался дым многочисленных очагов, поднимавшихся в воздух со стороны перенаселенной Субуры, что раскинулась далеко внизу, у подножья холма. Эта смесь дыма и сырости липла к влажным шерстяным плащам, закручивалась вслед шагающим подрагивающими змейками.
Лишь тусклый свет дегтярных факелов, которые эти двое держали в руках, освещал им путь в кромешной тьме городского предместья. Оба знали, что кто-то идет за ними по пятам, однако ни один из них не рискнул обернуться, зная, что это замедлило бы их шаг. Кроме того, в данный момент их жизни ничего не угрожало. Судя по тому, как бесшумно двигались те, что шли за ними следом, это наверняка были вражеские соглядатаи, а не грабители.
Оба спешили, торопливо обходя груды мусора, дохлую собаку, кучи нечистот и даже несчастную жертву уличных грабителей, что лежала, тихо постанывая в луже собственной крови. Не желая разделить судьбу умирающего, они прошли мимо, даже не взглянув в его сторону, и двинулись дальше, к самой высокой точке Виминала. Улицы в этой части холма были шире и кое-где даже охранялись вооруженной дубинками ночной стражей. Однако двое мужчин знали, что им лучше избегать встреч с представителями римского правопорядка, ибо не могли позволить себе такую роскошь, как остановиться даже на миг, не говоря уже о том, чтобы тратить драгоценное время, отвечая на чьи-то вопросы. Именно по этой причине они выбрали кратчайший путь от самого Палатина, даже если путь этот означал опасность для их жизней, идя к Виминалу кривыми переулками Субуры. Зато здесь им не грозило столкнуться с ночной стражей, которая наверняка встретилась бы им, шагай они по широким, освещенным улицам.
Увидев их спешащими по городу в столь поздний час и, главное, без охраны, стражники тотчас заподозрили бы неладное и остановили бы их, чтобы поинтересоваться, кто они такие. А ведь успех их дела зависел в первую очередь от того, насколько быстро они преодолеют этот путь, не привлекая к себе внимания.
Чтобы сбить с толку соглядатаев, они пустились едва ли не бегом, несколько раз быстро свернули налево и направо. Увы, несмотря на их усилия, шаги у них за спиной раздавались все ближе. Теперь они уже были отчетливо слышны среди приглушенных туманом криков, бесконечного грохота повозок, стука лошадиных копыт, что просачивались сюда сквозь туман Субуры, этой клоаки нищеты, болезней и прочих человеческих страданий.
Когда оба мужчины в очередной раз свернули за угол, один посмотрел на второго.
— Думаю, нам стоит взять их, прежде чем мы двинемся дальше, — процедил он сквозь зубы, увлекая своего спутника за собой в темный дверной проем.
— Как скажете, господин, — спокойно ответил второй. Он был старше своего товарища. В подрагивающем свете факела под капюшоном была видна густая черная борода. — Вот только как, по-твоему, мы это сделаем? Судя по звуку шагов, я бы сказал, что их — самое малое — четверо.
По лицу мужчины помоложе пробежала тень недовольства, однако зная своего спутника вот уж четыре года, он давно привык к его почтительному тону. С другой стороны, что в этом удивительного? На то он и раб, чтобы выказывать хозяину почтение.
— Не знаю. Просто накинемся на них, когда они пройдут мимо. — негромко ответил он, вытаскивая из-под плаща меч. Право носить в городе оружие имели только преторианцы и те, что служили в городской когорте. Именно по этой причине двое мужчин старались не попадаться на глаза представителям власти.
Старший из них улыбнулся безрассудству своего юного друга и тоже вытащил меч.
— Самые простые планы обычно срабатывают, но смею ли я, господин, кое-что предложить?
— Что именно?
— Давай, я останусь стоять на этой стороне, держа оба факела, а ты перейдешь на другую, и когда наши преследователи устремятся ко мне, нападешь на них сзади. Думаю, такой маневр подарит нам успех в этой стычке.
Слегка задетый тем, что сам не додумался до такой уловки, молодой человек, однако, последовал совету своего старшего спутника. Вытащив из-за ремня короткий кинжал, он встал, невидимый в темноте заполненного липким туманом переулка, и, зажав в обеих руках холодное оружие, принялся ждать. При этом ему не давал покоя вопрос, как его спутник сумел приглушить пламя двух факелов.
Спустя несколько мгновений на другом конце переулка послышались голоса.
— Клянусь Юпитером, они свернули сюда, — прорычал главарь, обращаясь к своему спутнику, когда оба показались из-за угла. — Им известно, что мы идем за ними по пятам, и они наверняка ускорили шаг… Что за?..
