Темная сторона — смертельно опасное место для обычного мага. Но для того, кто умеет пересекать границу между мирами, это — лишь ещё один слой реальности, где можно неплохо существовать. Со временем, если привыкнуть к царящему здесь холоду, начинаешь ценить это место за покой и постоянство пейзажей. Но даже избраннику бога не стоит заступать за очерченную Смертью границы. Потому что там, в глубине, обитают гораздо более опасные создания, чем умруны и моргулы. И горе тому, кто однажды осмелится потревожить их сон.
— Уф! — выдохнул я, выбравшись из схрона и выгрузив следом тяжелый мешок. — Что-то в последнее время мне больше таскать приходится, чем магичить… Может, пришла пора сменить профессию с мага на грузчика?
— Шутимс-с, — фыркнула заметно подросшая Мелочь, запрыгнув на мешок. — Артс-с лучше-с-с магом-с!
— Ну конечно!
Я выпрямился и с отвращением взглянул на сегодняшнюю добычу: и ведь даже четверти книг не вытащил из схрона! Те, которые я уже прочел и решил, что они не пригодятся, мы сегодня вернули — нечего им занимать место в доме. Но внизу до сих пор оставалось столько добра, что аж тоска брала при мысли, что его придется отсюда выволакивать, а затем внимательно просматривать и сортировать.
И зачем мастер Этор натаскал сюда столько хлама? Немалая часть собранных им текстов оказалась неполной, содержащаяся в них информация была противоречивой и представляла интерес разве что для фанатично интересующихся историей теоретиков. Неудивительно, что две трети книг вернулись обратно на полки. Да, попадались среди них и полезные экземпляры, порой даже бесценные, но чтобы их найти, я потратил столько сил и времени, что это не оправдывало никакие успехи.
Хорошо еще, что в Управлении в моих услугах почти не нуждались. После поимки Фатто и последовавших за этим обысков воры, мошенники и убийцы резко притихли. Количество преступлений на участках ощутимо снизилось. На улицах города стало гораздо спокойнее. А когда газеты раструбили о раскрытии очередного громкого дела и об уничтожении целой стаи вампиров, народ вообще предпочел в темное время суток из дома не выходить. Ведь раз в Алтире так долго обитала одна стая тварей, то где гарантия, что поблизости не притаилась другая?
В итоге, я уже почти неделю занимался своими делами и ждал новостей от Нельсона Корна. Правда, очень сомневался, что он добьется толку от тех, кто торговал с нежитью. И, как вскоре выяснилось, оказался прав — дружки Фатто, как и он сам, не были посвящены в детали, понятия не имели, кто передал им магические перстни, и под страхом смерти поклялись, что не знают, кто выступил в роли посредника между ними и вампирами. Его даже в лицо никто не видел. Α единственное, что сыскарям из ГУССа удалось установить — то, что это все-таки человек. Скорее всего, маг. А может, и группа магов, цели которых нам были решительно непонятны.
О том, сколько закрытых ранее дел пришлось поднять сыскарям и сколько исчезновений удалось наконец раскрыть, я не спрашивал. Мне это было неинтересно. Ну, а насчет всего остального Корн молчал. Да и не обязан он был перед нами отчитываться.
Захлопнув крышку сундука, я поплевал на ладони и взгромоздил тяжеленный мешок на плечо.
— Ну что, домой?
Но Мелочь неожиданно не согласилась. За последние дни из мелкого и растрепанного чудища она превратилась в чудище довольно увесистое и вполне солидное. Росту в ней теперь было не с мой кулак, а почти в два раза больше. На пузе под кожаным «доспехом» ощутимо добавилось мясца. Скукоженная плоть под шлемом тоже стала распрямляться, заполняя имевшиеся под ним ямки. Даже косточки на лапах больше не казались голыми — с каждым днем плоти на них постепенно все прибавлялось, и на сегодняшний день кукла представляла собой очень даже неглупое создание, которое, к тому же, с каждым днем все лучше осваивало человеческую речь.
Правда, в схрон за мной она идти не захотела, зато, пока я орудовал внизу, ңаверняка успела облазать весь остров. Нашла, естественно, немало интересного. Поэтому, как только я собрался открыть тропу, отбежала к берегу и, безошибочно отыскав место, где несколько месяцев назад погиб мастер Нииро, требовательно на меня уставилась.
— Уусь?
Я кивнул.
— Да, здесь был убит человек.
— Друг-сь?
— Нет. Просто коллега.
Мелочь подумала, после чего отбежала в другую сторону и, потоптавшись на огромном, выжженном до черноты пятне, снова кинула на меня вопросительный взгляд.
— Арт-с у-усь?
Я покосился на место, где убил Палача.
— Да. Моя работа.
— Нежис-сь?
— Пожалуй, что нет. Нежитью его назвать, наверное, нельзя, но и от духа-служителя в нем уже ничего не осталось.
Мелочь, удовлетворившись ответом, выбралась из пятна, но напоследок остановилась и, как собака, взрыхлила задними лапами землю, словно пыталась закопать место сожжения. Я на это только хмыкнул — все же кукла мне досталась более чем странная, а потом открыл тропу: пора было возвращаться.
Но прежде, чем я на нее ступил, по темной стороне прошло непонятное волнение. Потревоженная Тьма на мгновение ожила, зашептала на ухо что-то предупреждающее, после чего вдруг поднялась на дыбы, глухой стеной встав вокруг затерянного в болотах островка, но почти сразу рассеялась. А затем откуда-то издалека донесся долгий, заунывный, явно не звериный вой, услышав который Мелочь ощетинилась и угрожающе зашипела. А я внезапно передумал уходить и, бросив на землю тяжелый мешок, усмехнулся.
— Α давай-ка прогуляемся немного по Верлю. Каҗется, здесь объявился интересный гость.
