Надя, терпеливо дожидавшаяся спутников в холле метро, бросилась к ним, совершенно не боясь Петрухи с его ношей.
— Ваш работник? — кивнул на нее Марич, обращаясь к Ромашину-комиссару.
— Наш, — ответил тот серьезно.
— Отличная реакция, — похвалил Марич. — Она пропустила нас, а потом приказала поднять руки. Хорошо, что я пошел с Игнатом, она его узнала.
Гаранин, Паша и Маркин засмеялись. Надежда покраснела, прячась за Руслана.
— Она такой же десантник, как и все, — сказал Ромашин-комиссар. — А опыт — дело наживное.
Лицо Марича отвердело.
— Пора!
Кабина могла вместить всего четырех человек, поэтому первыми пошли оба Ромашины, Игорь Марич и Железовский. Затем стартовал Петруха с телом Полуянова и Гена Маркин. Последними покинули дом скульптора Руслан и его команда.
Это было захватывающее зрелище!
Металлический псевдочеловек метал в Ивора стремительные стрелы жидкого металла, а он уворачивался от них и с невероятной скоростью летал по тесному подвалу, ухитряясь не спотыкаться о тела товарищей, ящики и коробки и не сталкиваться со стеллажами и штангами энергополевой защиты бункера.
Неизвестно, способен был испытывать какие-то эмоции посланник Палача или нет. Проигрывая молодому Жданову вчистую, он ни разу не выругался, как сделал бы на его месте простой человек, и не выразил своего отношения к происходящему. Но то, что он обладал всеми отрицательными качествами «отца», не подлежало сомнению и выяснилось самым наглядным образом.
— Стоп! — крикнула Мириам, играющая роль судьи и контролирующая время. — Минута прошла!
Ивор остановился, но тут же метнулся в сторону от ручья бликующей субстанции.
— Стой, болван! Игра закончена! — возмутилась девушка. — Ты его не поймал!
—
— Это нечестно! Ты проиграл! Он победил!
— Он не победил. Чтобы побеждать, надо выбирать себе правильного противника.
Ивор почувствовал, что силы его кончаются, прислонился к стене… и в этот момент дверь в бункер открылась и в помещение один за другим ворвались два гиганта. Один был человеком в маскировочном комбинезоне, второй — громадный, черный, ребристо-кольчужный, напоминающий рыцаря в латах, явно был витсом. Единственный глаз его светился, и Жданов узнал уменьшенную копию «хронорыцаря», изваяние которого находилось в мастерской отца Мириам.
— Общий привет, — пророкотал густым баритоном незнакомец, быстро оглядывая подвал. — Чем это вы тут занимаетесь?
— Кто ты такой? — требовательно спросил металлочеловек, переставая стрелять ручьями жидкого металла.
— Меня зовут Аристархом, я друг комиссара. А ты, надо полагать, и есть вирус, жидкокристаллический волдырь, субстант Палача? Его, так сказать, полномочный представитель?
— Я Трангха, тысяча второй контролер линий.
— После этого нам следует, очевидно, проникнуться уважением и упасть на колени. Или ты более демократичен?
Псевдочеловек вытянулся вверх, превращаясь в апокалиптического железного зверя со множеством щупалец.
— Если я правильно оцениваю ваше эмоциональное свечение, вы тоже хотите меня оскорбить. Вынужден принять адекватные меры.
— Оглянись вокруг, кретин! — звонко крикнула Мириам. — Ситуация изменилась. Теперь пленник — ты!
—
Псевдочеловек метнул в него ручей металла. Сверкнула тусклая желтая вспышка, и ручей превратился в дымную струю.
— Петруха, друг мой, — сказал Железовский, — не спеши с помощью. Я и сам вполне способен поджарить эту тварь. Держи его на мушке, и все.
Из плеч черного человека выглянули стволы аннигиляторов.
— Жду команды.
— Минуту. — В бункер вошли оба Ромашиных, Марич и Руслан. Сориентировавшись, тоже направили оружие на посланника Палача.
— Распылить этого монстра мы всегда успеем, — продолжал Ромашин-скульптор. — Есть смысл поторговаться.
Он подошел к Ивору, без сил присевшему у стены. Они обнялись.
— Как тебе удалось освободиться?
— Пришлось вызвать этого болвана на соревнование, — виновато улыбнулся молодой человек. — Он азартен, как и его хозяин… и так же подл.
— Без сомнения. Как остальные? — Игнат подошел к «глыбе» дочери, нагнулся, погладил ее по щеке. — Ну, что, гриф, опростоволосились мы с тобой, поверив комиссару?
Мириам залилась краской.
— Я… не думала…
— Думать надо всегда. Ладно, не переживай, хорошо, что все заканчивается так, а не иначе. — Ромашин повернул голову к застывшему в сомнениях псевдочеловеку. — Предлагаю выбор, палачоид: ты освобождаешь пленников, сообщаешь о планах хозяина в данной Ветви, и мы тебя отпускаем.
Пауза.
— А если я не соглашусь?
— Тогда ты исчезнешь, превратишься в излучение. Своих друзей мы освободим и сами.
В бункере повисла тишина.
— Обмен не состоится, — сообщил металлический монстр, выращивая «мускулы». — Вы все должны подчиниться мне! Немедленно!
На людей выплеснулась волна холодной угрозы, ощутимая физически как удар. Стволы «глюков», аннигиляторов и «универсалов» повернулись к металлическому «зверю». Палачоид, как назвал его Ромашин, сам себе подписал смертный приговор.
