В 1979 году его имя было связано с ныне покойным шахом Ирана. Аятолла Садех Хакли объявил из Кума, что фундаменталисты вели переговоры с Карлосом об убийстве шаха. ЦРУ прямо намекнуло Карлосу, что убийство шаха в его мексиканском убежище вызовет для него неприятности. Шаху позволили умереть естественной смертью.
Бывшему никарагуанскому диктатору Анастазио Сомосе повезло меньше. Карлос встретился с ним в центре Асунсьона, Парагвай, 9 сентября 1980 года и убил его. Благодаря тому странному положению вещей, когда мораль средств массовой информации перекрывается политическими нуждами, многие приветствовали это убийство.
Они не гак радостно приветствовали следующую цель Карлоса – недавно избранного президента США Рональда Рейгана.
Перед избранием Рейгана Карлос практически почти в одиночку обеспечивал непереизбрание президента Картера на второй срок. Он спланировал захват американского посольства в Тегеране и пленение заложников, доведя самую могучую державу в мире до полной импотенции. Кризис с заложниками и неспособность президента Картера разрешить его оказались решающими для избрания Рейгана.
Теперь, оказав фактическую помощь избранию Рейгана, Карлос, действуя в интересах ливийского правителя Каддафи, планировал в декабре 1981 года проникнуть в США из Мексики с небольшой группой профессиональных убийц, чтобы убить преемника Картера. МОССАД и ЦРУ дали «утечку сведений» о заговоре в американские средства массовой информации, и последовавший шум в печати вынудил Кар-лоса отказаться от покушения.
Через несколько месяцев после отказа от попытки покушения на президента США Карлос совершил выдающийся даже для своего послужного списка «подвиг». В апреле 1982 года он оказался в Лондоне, где руководил покушением на посла Израиля Шломо Арогова. Посол, несмотря на серьезное ранение, выжил.
Израиль в ответ на покушение вторгся в Ливан. Вначале утверждали, что цель вторжения – установить стабильные и безопасные границы, но скоро всему миру стало ясно, что истинной целью было полное уничтожение Организации освобождения Палестины, штаб-квартира которой находилась в то время в Бейруте.
Ясир Арафат и его сторонники были вынуждены покинуть страну в середине сентября. Вслед за этим ливанская армия обнаружила доказательства того, что в лагере беженцев Бурж-Иль-Баражнех среди последних палестинских бойцов, покинувших его, был Карлос, скрывшийся морем в Тунис.
К концу 80-х годов слава легендарного Карлоса продолжала расти. 14 августа 1990 года, по сведениям ряда национальных разведслужб, стало известно, что иракский диктатор Саддам Хусейн, вторгшийся в Кувейт, готовил террористические акты с помощью Карлоса. Объектами были иракские диссиденты, обосновавшиеся в Лондоне и других европейских странах. Широкий ассортимент оружия, имевшийся в распоряжении Шакала, включал химические средства. Как было установлено, Карлос имел заключительные встречи с Саддамом Хусейном в Багдаде.
Длинная цепочка связей с членами левоэкстремистских организаций в Италии, Франции, Алжире привела журналиста Дэвида Яллопа в Бейрут. Там он впервые встретился с Карлосом на конспиративной квартире.
«В комнате было человек восемь. Некоторые сидели на лавках, другие лежали вдоль стен. Судя по табачному дыму, который густо висел в воздухе, они были здесь уже давно. Когда мы вошли, один из них встал, затем подошел с протянутой рукой. Другие уставились на меня.
– Меня зовут Карлос.
Мы пожали друг другу руки.
– Я – Дэвид Яллоп.
– Да, я знаю.
Он повернулся к остальным и заговорил по-арабски.
Они вышли из комнаты, оглядываясь на меня. Карлос проводил меня к креслу, и мы сели.
Он выглядел совсем как постаревший вариант фотографий из моего портфеля – снятых до того, как он стал известен всему миру, – только сейчас у него были большие густые усы.
Он также располнел. Я прикинул, что в нем килограммов девяносто пять.
Минут пять – десять мы разговаривали о том – о сём. Это было вполне по-арабски. Очень часто в дальнейшем, когда мне приходилось беседовать с кем-либо на Ближнем Востоке – с Арафатом в Тунисе, Каддафи в Триполи или с палестинским беженцем в лагере, – я вспоминаю эти первые десять минут.
А потом…
– В вашем чемоданчике, кроме записей, есть магнитофон?
– Да. Но он пока не включен.
– Конечно, нет. Вы же не глухой человек. Боюсь, что не позволю вам записывать этот разговор. Но можете делать любые рукописные записи.
– Я понимаю это. Но вы оставляете для меня одну проблему. Мне нужно доказательство, что вы – Карлос.
– То, что я вам расскажу о себе, не может исходить ни от кого другого.
– Достаточно убедительно, но мне нужно какое-нибудь определенное доказательство. В прошлом, когда вы брали на себя ответственность за конкретную акцию, вы иногда оставляли на записке свои отпечатки пальцев. Меня это устроит. Никто не скажет, что ваши отпечатки пальцев фальшивые.
– Мы с вами поладим. Вы хотите, чтобы я рассказал вам историю своей жизни?
– Да.
– Я готов отдать свою историю в том виде, как она есть, в ваши руки.
Я спросил его, почему он готов довериться мне.
Он откинулся в своем кресле и улыбнулся:
