Иста не могла решить, повлечет ли трудности вспышка, промелькнувшая между двумя ее приближенными, или наоборот. Честно говоря, она не знала, действительно ли ее горничная, столь поспешно принятая на работу, –
При дворе Иаса Иста не могла не узнать способы, как мужчина и женщина – или любая другая комбинация участников – могут доставить друг другу удовольствие, не рискуя получить последствия в виде детей. И рейна понятия не имела, ни сколько способов эти самые девицы-курьеры обсудили в своих спальнях, ни научили ли своих питомиц таким секретам дамы, что присматривают за ними и которые сами в молодости были курьерами. В любом случае, будучи фермерской девочкой и видя спаривание животных собственными глазами, Лисс знала обо всем гораздо больше, чем Иста в ее годы. Но эмоции всегда готовы учинить смуту при дворе физиологии.
Кроме всего прочего, было неясно, что входит в намерения одного из братьев ди Гьюра: собирается ли он честно ухаживать или просто пытается соблазнить. А если задуматься о пропасти, что разделяет безземельного младшего аристократа и дочь простого, хотя и владеющего землей фермера, то она, может, и не смутит последнего, но для первого окажется непреодолимой. Остается уповать на приданое, что в случае с Лисс весьма сомнительно.
За то малое время, что оба брата провели в беззаботном общении с Лисс, она, без сомнения, успела обратить на себя их внимание. Девушка красива и привлекательна, а молодые люди пышут здоровьем и силой… в общем, Иста решила не кидаться латать брешь, дабы не нажить трудностей посерьезнее.
Все же она запустила удочку:
– Так как тебе братья ди Гьюра?
– Ферда сначала был ничего, но теперь стал сильно нос задирать.
– Мне кажется, он принимает ответственность, возложенную на него, слишком близко к сердцу.
Лисс пожала плечами:
– А Фойкс… Фойкс – тоже ничего.
Умер бы Фойкс, услышав столь прохладный отзыв? Вряд ли. Иста решилась на рискованный выпад:
– Надеюсь, никто из моей гвардии не делал тебе непристойных предложений. Дабы содержать в чистоте имя своей леди, горничная сама должна быть выше всего этого.
– Нет, они всецело преданы служению богине, – девушка фыркнула, – если только Ферда не сделал это служение очередным объектом своего самодовольства. – Она задорно улыбнулась, и на ее щеке появилась ямочка. – А вот наш добрый служитель времени не терял. Он приставал ко мне в первую ночь, в Палме.
Иста удивленно моргнула.
– А! – осторожно отозвалась она. – Не следует забывать, что не все служители ордена Бастарда той ориентации. – Иста раздумывала, как бы сформулировать следующий вопрос. – Вовсе не нужно сносить оскорбления, и не важно, какое социальное положение занимает обидчик. Тем более что ты – моя подчиненная. Если возникает такая проблема, следует обязательно обратиться ко мне.
Лисс покачала головой:
– Все это вполне могло меня обидеть, но он умудрился быть очень милым. Он покорно выслушал отказ и отправился попытать счастья с горничной.
– Но мне не поступало никаких жалоб!
Девушка усмехнулась:
– Ну не думаю, чтобы у нее были какие-то претензии. Когда, некоторое время спустя, они вышли из ее комнаты, девица вовсю хихикала. Это заставило меня задуматься, а не много ли я потеряла.
Иста попыталась сохранить строгую мину и не засмеяться, но у нее не получилось:
– Да уж!
Лисс широко улыбнулась в ответ и снова принялась с завистью наблюдать за танцующими. Вскоре Иста уже не могла это выносить и отпустила девушку на праздник. Лисс восторженно приняла столь неожиданный подарок и, чем немало удивила рейну, перемахнула через перила балкона, повисла на одной руке, спрыгнула на землю и убежала.
Странное ощущение – остаться одной. Несколько проходящих мимо мужчин немного грубовато, но все же дружелюбно окликнули Исту, но, не зная, что ответить, она решила промолчать. Мужчины отреагировали уже более резко и менее дружелюбно. Немногим раньше Лисс несколько раз уже отшучивалась, и их пьяненькие поклонники отправлялись восвояси, громогласно хохоча.
«Это не мой мир».
А когда-то, возможно, она им правила из туманного Кардегосса.
На соседнем балконе появился Ферда ди Гьюра и, увидев, что рейна в гордом одиночестве наблюдает за несостоявшимися певцами серенад, растворяющимися в ночи, вежливо пожурил ее за то, что она опрометчиво отпустила горничную. Офицер исчез, чтобы затем появиться у выхода с постоялого двора и нырнуть в толпу в поисках Лисс. Когда они, уже вместе, вернулись, кулаки у обоих были крепко стиснуты. Какая бы перепалка ни произошла между ними, к тому времени, когда Иста могла их услышать, оба уже шли молча.
Иста направилась к кровати. Шумное празднество продолжалось еще несколько часов, но рейну это уже не беспокоило.
