Монстр вздрогнул, и открыл глаза. И почему у этого чудовища такое же лицо, как и у Мишель? Черт её подери… Сразу после пробуждения еще и разоралась.
— А? О. О! ОБАНА! Попался, вор шефов! Все, не пущу! Моя добыча!
Мишель лишь покачала головой.
— Дайс, отпусти нас. Пожалуйста.
— Пф… ладно. Все равно лень что-то делать.
Мои ребро облегченно скрипнули, когда это чудовище убрало руки, и что-то недовольно бурча, устроилось на лавочке — досыпать. Никаких манер. Я отвернулся от этого недоразумения. Мишель оперлась на перила, и взглянула в небо. А после и сняла очки. Видеть её такой было необычно. Она будто отбросила всю ту слабость, что с ней всегда. Теперь это была та самая, вторая личность. Спокойная, уверенная в себе. Пространство наполнилось нежной музыкой. Она будто звучала из самого воздуха.
— Не ведьма не колдунья, ко мне явилась в дом, не в пору полнолунья, а летним ясным днем…
— Обычно на рассвете я прихожу во сне, но все не так, на этот раз, она сказала мне…[4]
Два странно знакомых голоса искренне пели, что завораживало. Звезды будто начали мерцать в такт мелодии. И лишь стоило последнему слову затихнуть в тишине, как я понял, чьи это голоса. Это Дохельбехер и его фамильяр. Но… Разве Ганс умел так петь? Как его грубый голос смог превратиться… в это?! Это же невозможно! Я повернулся к Мишель, но на её лице сияла скромная улыбка. Она прошептала:
— Ганс справляется все лучше и лучше…
У меня слишком много вопросов. И пока что она единственная, кто может на них ответить.
— Ми… Слушай, а зачем Дохельбехер так… делает это все?
— Ты же знаешь, что после турнира фамильяров всегда организуют бал, знаменующий середину года?
— Знаю. Но не учавствовал.
— Я была на таком в прошлом году. У меня была подруга с старшего курса, и позвала с собой. Там танцуют, поют, и распушают хвосты как могут. Ганс хочет ткнуть там всех лицом в грязь. Худший ученик поет и танцует — это будет худшая его выходка.
— Ты так спокойно об этом говоришь.
— Ганс уже решился. А он не из тех, кто часто меняют решение.
Они с ним хорошо знакомы. Меня это напрягает. Сначала фамильяр налаживал отношения, теперь Ганс. Однако я не могу запретить ей общаться с ним. Даже не так — я не могу ей запретить что-либо. Я не смогу. Но, я могу не отпускать. И наши занятия помогут в этом.
— И что ты о нем думаешь?
— О ком?
— О Гансе?
— Степ, неприлично перемывать кости другим людям.
— Ничего страшного, походит чистым.
— Он… громкий. Отважный. И далеко не глупый. Хороший набор, уверена, многие девушки будут рады такому мужу. А учитывая его характер, полуорчихи на нем грозьдьями висеть будут.
— А ты?
— А что я? Ой… П-прости…
Она обернулась ко мне, но поймала мой взгляд и смутилась. И вновь проявилось её заикание. Нужно будет поговорить со второй личностью, она явно сможет сказать больше.
— Ничего. Я пойду спать, завтра нужно быть бодрым на занятиях.
— Д-добрых снов!
Я лег в кровать, забыв обо всех странностях. И на удивление, я быстро уснул, и никуда меня не потянуло. Слава богу, я не увижу это варварское недоразумение. Лишь на краю сознания послышался странный девичий голос.
*Ваши отношения с хозяином достигли минимального значения. Изменение формы фамильяра. Ваши навыки не могут быть выше 1 ур.*
/Физаролли/
Мы с Маднесс хорошо общались, даже после того, как мимо кабанчиком пробежал Степ. Я не в курсе, зачем он приходил, но факт остается фактом. Вдруг раздался голос Системы.
*Ваши отношения с хозяином достигли минимального значения. Изменение формы фамильяра. Ваши навыки не могут быть выше 1 ур.*
После чего меня вырвало из амулета. Вокруг темно. Темные стены, звезды, тусклые огни в окнах. Так, это явно замок. Подожди, вон там разве не башня, где комната Степа? А что я делаю здесь?
Пошевелив лапами и дернув хвостом, я офигел. Лапы? Хвост? Чего?! Так, проверим. Лапы передние, лапы задние, хвост, все пушистое, кроме… «ладоней», если такое слово применимо к лапам. В общем, да, мои протезы так же стали лапами. Понять бы, какой у меня размер, но это потом. Инстинктивно выпустив когти, я начал забираться по стене. Ха, моя сталь берет даже камень! Звяк… коготь отвалился. Ну ладно, сейчас восстановим. Геокинез! Вот только вместо ожидаемой струйки металла я получил целое ничего. Стоп, система же сказала… Первый уровень навыков. Таким я вышел из комнаты посвящения. Только теперь я не могу развиваться. Черт!
Вдруг уха коснулся чей-то голос. Стоп, это Игла поет! Идем на звук! Я сорвался с места, и упав со стены, помчался к источнику голоса. Вскоре, во внутреннем дворе я увидел их. Ганс и Игла, мирно сидящие на лавочке и тихо поющие разное. Видно было, что это инициатива Ганса — Игла больше предпочитает спать в такое время. Я подбежал поближе, и попробовал позвать её.
— Тяф!
Игла!
— Тя-тяф!
Это я!
Ганс недоуменно опустил взгляд, и хмыкнул.
— О! Серая лисица. Редкий вид. Шкурку бы продать, и пару лет безбедно жить…
Игла взглянула на меня. Я увидел, как её глаза изумленно расширились, а вертикальный зрачок практически стал круглым.
— Физ?!
— Тяф!
