Его прежних заслуг, разумеется, никто не забыл, да и нынешнее рвение не оставалось без внимания, так что преклонять колено перед троном генералу не требовалось. Фреггейл в его присутствии всегда отставлял меч в сторону и расслабленно откидывался на высокую спинку трона, но, тем не менее, от прежней непринужденной беззаботности не осталось и следа. Сейчас взгляды Братьев буквально пронзали Голстейна, заставляя его ощущать себя шашлыком, нанизанным на раскаленный шампур.
Остановившись в нескольких шагах от трона, генерал почтительно склонил голову и кратко отрапортовал:
– Генерал армии Ирви Голстейн для доклада прибыл!
Как старый и опытный интриган он прекрасно умел определять степень немилости по длительности паузы, отделяющей ритуальный рапорт от соответствующей реакции. И сегодня, судя по затянувшемуся молчанию, он вполне мог отправиться из Тронного Зала прямиком на казнь.
– Несколько дней назад вы сообщали, генерал, – неспешно и тягуче заговорил Фреггейл, – что в Цигбеле возможны… как вы там выразились…
– …досадные неприятности, – закончил за него Свиллейн.
Голстейна всегда впечатляло, насколько слаженно действуют два брата, вплоть до того, что фраза, начатая одним из них, завершается другим, как будто они являются одним целым, действующим слитно и согласованно.
– Ради вашего доклада нам пришлось отложить другие встречи, – не преминул напомнить Фреггейл.
– И мы очень надеемся, что добытые вами сведения, генерал, – Свиллейн, казалось, был только рад возможности указать Голстейну на его реальное место в имперской иерархии, – стоят тех затрат и жертв, что они повлекли.
– А судя по вашему виду, – добавил старший брат, словно желая его окончательно добить, – неприятности все же воспоследовали.
– Что ж, генерал, – вздохнул младший с театральной обреченностью, хотя Голстейн прекрасно понимал, что на самом деле Братья отнеслись к его обеспокоенности с максимальным вниманием, иначе бы они не стали перетасовывать ради него свой рабочий график, – докладывайте.
* * *
Стараясь не шуметь, Трасси осторожно закрыла за собой дверь грузового трюма и направилась к лестнице. Она прекрасно понимала, что со стороны ее осторожность выглядит откровенно надуманной и излишней. На фоне лязга и скрежета, заполнявших мчащийся через пустыню эшелон, едва слышный щелчок дверного замка затерялся бы без следа.
Но вид Вальхема, который мирно спал, свернувшись калачиком в огромных черных лапах Аврума, что-то тронул в ее душе, и Трасси, убедившись, что в трюме все в порядке, тихонько вышла и поднялась в кабину к отцу.
– Вальхи с Аврумом спят, – сообщила она, подойдя к отцу и машинально пробежав взглядом по показаниям приборов. – Ну, то есть Вальхем-то спит, а вот насчет его друга… не знаю, не уверена.
– Демоны никогда не спят, – девчонка даже вздрогнула от неожиданности, когда за ее спиной раздался сухой женский голос, – и никогда не устают. В них нет человеческих чувств, нет жалости или сострадания. У демонов есть только их Предназначение. И называть этого Аврума другом – преступное легкомыслие, которое может стоить вам очень и очень дорого.
Трасси резко развернулась, только сейчас обнаружив, что вместе с ними в кабине присутствует и Леди Свейне. Она сидела на откидной лавке в углу, положив руки на колени, и в полумраке кабины только отсветы пылающего в топке огня время от времени выхватывали из темноты ее закутанную в плащ фигуру. Неудивительно, что Трасси ее не заметила.
– Что вы здесь делаете? – удивилась девчонка, немало озадаченная тем, что высокородная и уважаемая дама внезапно решила променять комфорт пассажирской каюты, пусть и относительный, на духоту, гарь и грохот кабины эшелона.
– Не могу долго оставаться одна, – плечи Леди Свейне чуть приподнялись, когда она вздохнула. – От мысли, что совсем рядом со мной, буквально за тонкой стенкой, находится этот жуткий монстр, мне становится страшно. Лучше уж я здесь посижу, в вашей компании.
– Вы можете думать что хотите, но я привыкла судить о людях… и не только… по их делам, – девчонка тряхнула рыжей копной и демонстративно сложила руки на груди. – Так или иначе, но вчера Аврум нас спас!
– И у демонов бывают нимбы, – философски заметила Свейне, – только фальшивые. Не забывайте, что Аврум, помимо прочего, еще и гений обмана. Он вполне может втереться к вам в доверие, ну а после, когда нужда в вас отпадет, избавится от вас, не колеблясь ни секунды.
– Ну сколько раз вам повторять, – Трасси закатила глаза, – Аврум никакой не демон! Он – машина! Такая же, как наш «Хоррам», только намного более совершенная!
Словно желая проиллюстрировать свои слова, девчонка пнула кожух автоподатчика.
– Траська! – рыкнул на нее отец.
– Так что не надо рисовать из него исчадие ада. Аврум – он… – Трасси с некоторым запозданием осознала, что отчаянно препирается с одним из самых влиятельных людей Империи, пусть даже находящимся в бегах, и поспешно сбавила обороты. – Он не такой.
