– Неделю назад нас почтил визитом губернатор Экваториальной Гвинеи! Представляешь! Ты бы видел Гаруса!
Предупредили всего за пару дней, и он заставил нас чуть ли не языком драить плантацию! Вальдо целый день полировал «мерседес», на котором губернатор собирался проехаться по плантации.
Килиан улыбнулся, а Хакобо продолжал:
– Вместе с губернатором приехали журналисты из «Акутуалидад Эспаньола», которые собирались писать статью про какао.
Килиан припомнил, как ему не хватало ежедневных новостей «Оха-де-лунес». В Испании в одной из газет проскочило лишь четыре строчки о грядущем разделении Гвинеи на две провинции – Фернандо-По и Рио-Муни.
– Газетчики считают, что испанцам надо рассказывать, как идут дела в колониях, – сказал Хакобо.
– И правильно считают, – ответил Килиан, роясь в чемодане в поисках белой рубашки.
– А что, сюда многие приезжают. Еще бы: отличное жалованье, отпуск полгода… А в Испании, как я слышал, дела идут не очень. Гарус говорил, что многие уезжают в поисках работы.
– Но есть и другое мнение, Хакобо. Что дни колоний сочтены.
– Ну, не знаю. Если колонии исчезнут, все рухнет. И зачем тогда создавать провинции?
Килиан припомнил спор в казино между отцом Хулии и Густаво, а также разговор за столом в доме Мануэля. Колонии так тесно связаны с Испанией, что в независимости просто нет смысла. Не это ли пугало Густаво?
– Мир быстро меняется, брат. Ко всему нужно быть готовыми.
В его ушах еще звучал гул моторов. Он зарекся летать, но не мог не признать удобство. Да и дома многое изменилось.
– Да уж, – сказал Хакобо. – Кто бы мог подумать, что в Бате и Санта-Исабель будут чернокожие мэры, в парламенте – чернокожие депутаты, а в кинотеатре – цветные зрители? Правда, они чувствуют себя не в своей тарелке. Не буду повторять, что говорят, но все это как-то странно.
– А что говорят? – спросил Килиан, застегивая рубашку и поворачиваясь к зеркалу.
– Ну… что даже если черных признают испанцами как жителей провинций, все равно они – мартышки.
Килиан смерил брата тяжелым взглядом, и тот неуверенно кашлянул.
– А как остальные?
– Сантьяго ушел пару месяцев назад: сказал, что уже слишком стар для такой работы. Теперь мне в Йакате помогает другой парень.
– Ну а Хулия, Мануэль?
– Я их редко вижу, – Хакобо упер взгляд в пол. – Хулия вся поглощена Исмаэлем. Еще вопросы?
– Урожаи?
– Сушильни работают на полную. Тебе придется сразу погрузиться.
Да, жизнь на плантации будет тяжелой до января, но Килиан любил это время года. Скоро сезон дождей сменится жарой, и он был готов к этому.
– Есть и хорошие новости, братишка: бобы теперь просеивает машина, не нужно водить туда-сюда скребком.
– Отлично.
Килиан повязал галстук и посмотрел на себя в зеркало.
– Куда это ты так вырядился? – спросил Хакобо.
– Иду на праздник: сегодня крещение внука Хосе.
– И что, по такому случаю нужно наряжаться? – нахмурился Хакобо.
Килиан фыркнул.
– А мне так хочется. К тому же галстук всегда можно снять. Пойдешь со мной?
– У меня дела в городе, – Хакобо направился к двери. – Кстати, чуть не забыл! Тут по тебе кое-кто сильно скучает. Думаю, она ждет от тебя подарка из Испании.
– Сад… – вздохнул Килиан. За время его отпуска Сад могла бы сто раз позабыть о нем, но слова брата подтверждали обратное.
– Она все хорошеет и хорошеет, – цокнул языком Хакобо. – Не будь ты моим братом…
Килиан стрельнул в него предупреждающим взглядом.
– Да шучу я, шучу! Уверен, что после стольких месяцев разлуки ты с ней с радостью встретишься. Разве что не нашел себе испаночкудома…
Килиан промолчал. У него не было ни малейшего желания делиться с братом подробностями личной жизни. С помощью бриллиантина он пригладил волосы, бросил последний взгляд в зеркало и вышел из комнаты.
Хосе был рад снова видеть друга. По этой причине или из-за выпитого вина он не желал выпускать Килиана из объятий. Веселье было в самом разгаре, люди пели и танцевали под ритм барабанов. Все были нарядными: мужчины в длинных брюках и белых рубашках, женщины в ярких тюрбанах на голове, и при этом многие в европейских приталенных платьях до колена.
Хосе снова обнял его и понизил голос:
– Я так скучал по тебе,
– А я – по тебе, друг мой Йозе! – Килиан говорил совершенно серьезно, но не мог не улыбаться при этом. – Как я не приеду – у вас праздник!
– Такова жизнь – всему надо радоваться. Сегодня-то мы здесь, а завтра – уже с духами.
– А где проходил обряд? Только не говори мне, что отец Рафаэль проделал такой долгий путь сюда!
– Нет, мы сами ездили в Сарагосу, – Хосе подмигнул, – и не снимали обувь, пока не вышли с церковного двора, представляешь!
