Пальмы в снегу полностью

Тем временем все собрались вокруг нового дома вождя. Килиан с Бисилой наблюдали издали. Нарастающий шум возвестил, что вождь появился. Килиан не смог рассмотреть его лица, но видел, что это низкорослый мускулистый человек, чье тело было украшено нитками ракушек тийбо, которые раньше буби использовали вместо денег. Браслеты из тех же ракушек обхватывали руки и ноги, а талия была опоясана ремешком, с которого свисал обезьяний хвост. Нового вождя сопроводили к священному дереву, и под восторженные выкрики соплеменников он уселся на каменный трон. Как и сказала Бисила, его обмазали кровью козленка, убитого тут же, а голову увенчали короной из козлиных рогов и пестрых перьев фазана и попугаев. В правую руку вложили скипетр с черепом козла, с которого свисали нанизанные на нитки раковины. Все, включая Килиана, одобрительно закричали. Килиан почувствовал в своей руке пальчики Бисилы и сжал ее ладонь.

К вождю подошел старик, возложил ему руки на голову и забормотал молитвы, напоминая, что ботуку должен чтить своих предшественников. Свою речь он завершил фразой, которую перевела Бисила: «Не пить иной воды, кроме горной или дождевой». Килиан кивнул. Для него, выросшего в горах, эти слова носили особый смысл.

К ручью нового вождя сопровождала группа мужчин. Все они были одеты как воины и вооружены копьями с длинными широкими наконечниками, при них были щиты, обтянутые воловьей кожей. У большинства тело было покрыто сеткой шрамов, а волосы выкрашены рыжей глиной и заплетены в мелкие косички, как у Бисилы сегодня.

– Смотри, видишь вон тех двоих? – указала она.

Килиан не сразу признал Симона, парень был великолепен.

– Несмотря на молодость, – шепнула Бисила, – Симон трепетно относится к нашим традициям.

– А рядом с ним кто? Второй?

– Ты не узнал моего брата Собеупо?

– Ого! Да он же еще недавно был ребенком! Гляди-ка, как вымахал!

– Да, Килиан, время быстро летит.

«Особенно, когда мы вместе», – подумали оба.

После завершения церемонии начался праздник, который, по словам Бисилы, продлится неделю: все племя будет есть, пить, петь и танцевать балеле.

– Жаль, что мы не сможем задержаться, – вздохнул Килиан.

– Но мы можем насладиться сегодняшним днем, – ответила она.

На пиру Бисила и Килиан сидели в разных местах, хотя время от времени посматривали друг друга, стараясь пересечься взглядами. Килиан уплетал козлятину с ямсом и соусом бангасуп, пил топе и пальмовую водку.

Хосе подбил Килиана разуться и попробовать себя в мужском танце. Танцы буби гораздо медленнее, чем у нигерийцев, и Килиан почти сразу поймал ритм барабанов и деревянных колокольчиков. Он танцевал с наслаждением, вовлекаясь все больше и больше. Внезапно он перехватил пристальный взгляд Бисилы, и на минуту почувствовал себя не испанцем, а буби.

Когда ритмы сменились и в круг вышли женщины, он хлебнул еще водки и принялся бродить среди пирующих с единственной целью – оказаться поближе к Бисиле. Праздник в Бисаппо, пусть и отдаленно, напомнил ему праздники в родном Пасолобино, когда все танцуют на площади под музыку оркестра и стук кастаньет, украшенных ленточками… мужчины у них взбираются на столб посреди центральной площади, а шествие в честь святого… разве оно не похоже на сопровождение вождя к ритуальным местам? Он подумал, что в последнее время редко вспоминает деревню и ее обитателей. Он почти не скучал! И с чего это началось? Видимо, с появления Бисилы… Даже мать выговаривала ему, что письма с каждым разом становятся все короче и короче. Но и Хакобо особо не утруждал себя письмами. После работы он отправлялся в город, где постоянно торчал на вечеринках. Они давно уже вращались в разных компаниях. Это было к лучшему: каждый жил своей жизнью и не лез в чужую.

Конечно, Хакобо и в голову бы не пришло, что его брат влюбился в чернокожую девушку. Для него «черненькие», как он говорил, существовали для развлечений, но не для любви. И так было не только с Хакобо – еще ни один белый мужчина не увозил чернокожую любовь в Испанию.

Килиан снова вошел в круг танцующих. Потом будет много тяжелой работы и всяких других проблем, но сейчас он хотел насладиться праздником в компании друзей. Сейчас с ним была Бисила, и больше ему ничего не нужно!

Было совсем поздно, когда Килиан отправился в хижину, выделенную белому гостю. Бисила ушла раньше, и его охватило ужасное чувство одиночества. Возникло искушение налакаться в хлам, но он удержался, надеясь на невозможное – что Бисила придет к нему сегодня ночью.

Шагнув за порог, он ощутил резкую боль в ступне. Посмотрел в неясном свете масляной плошки – из ранки текла кровь. Он начал искать кусочек ткани, чтобы замотать ногу.

В этот миг невозможное случилось – открылась дверь, и вошла Бисила. Свое европейское платье она сняла еще перед пиром – вокруг тела была обернута пестрая ткань, а на открытых участках виднелись рисунки, нанесенной красной краской.

– Что с тобой? – спросила девушка, опустилась на колени и нежно обхватив его стопу ладонями.