— Насколько вероятно, что они снова попробуют добраться до меня в ближайшее время? — спросила я. — Ведь самое лучшее нападение — то, которого никто не ждал.
— Сомневаюсь, что ему так уж важно, мертва ты или нет, — сказал Грюм. — Это был просто способ напомнить о себе. Всем известно, что Пожиратели Смерти тебя не любят — слишком часто ты совала голову в петлю, чтобы это осталось незамеченным. Но если посмотреть шире, сейчас у него хватает куда более насущных поводов для беспокойства.
— Мы будем начеку, на случай, если это не так, мисс Эберт, — сказал Дамблдор. — Я сделаю всё, что в моей власти, дабы вы были целы и невредимы.
— Так вы нашли людей, с которыми я смогу остаться на лето? — спросила я. — Осталась всего пара месяцев.
— Нашёл, — сказал Дамблдор. — Но я оставлю эту информацию при себе. Я доверяю собственной окклюменции, но доверять такую информацию другим будет по меньшей мере глупо.
— Мне вы можете сказать, — сказала я.
Если узнаю, с кем придётся жить, у меня будет шанс изучить их, а значит, понять, как себя рядом с ними вести. Жить в детском теле было жутко неловко. Пусть в чём-то Хогвартс был великолепен, в некоторых аспектах он напоминал тюрьму.
— У вас природная склонность к окклюменции, — сказал Дамблдор. — Но ваша защита непостоянна. Уверен, вам не захочется встречаться с Пожирателями Смерти, едва шагнув с поезда на перрон.
Я уставилась на него.
— А почему бы и нет? — спросила я.
— Что?
— Я выбесила кучу народу, и среди них наверняка найдётся хоть парочка человек, которые будут ждать на вокзале, когда мы покинем школу. Вероятно, Эйвери будет среди них, и похоже, он один из командиров среднего звена. Если повезёт, там будет даже ещё больше их людей с задачей убить Поттера.
— Если ПОВЕЗЁТ? — уточнил Грюм.
— Есть два способа справиться с засадой, — сказала я. — Хотя, вообще-то, три. Можно полностью уклониться от столкновения. Можно устроить засаду на сидящих в засаде, или можно прорваться сквозь них силой. Платформа девять и три четверти — это место, про которое мы совершенно точно знаем, что там будут ждать Пожиратели Смерти.
— Почему вы так уверены в этом? — спросил Дамблдор.
— Потому что организация Тома сейчас зашаталась под ударами, — сказала я. — Не удивлюсь, если они теряют последователей… не фанатиков из ядра, но людей со скамьи запасных. Ни одна террористическая организация не может существовать без поддержки населения. Для Волшебного мира это, наверное, не так актуально, но готова спорить, среди обычных волшебников сочувствующих Тому — масса.
Все трое переглянулись.
— Ему нужна победа, — сказала я. — Что-то крупное, что убедит его последователей, что он всё ещё на коне. Разве существует место, более подходящее для атаки, чем вокзал?
— Это место будет кишеть аврорами, — рыкнул Грюм.
— На что поспорим, что половину из них будут контролировать империусом или переведут куда подальше в самый последний момент перед концом школьного года? — спросила я. — Если у него получится убить меня или Поттера, то даже много народу нагонять не придётся. Это станет посланием, что Пожиратели Смерти даже в одном из наиболее защищённых мест Магической Британии могут дотянуться до кого угодно.
— И найдутся волшебники, которые прибьются к нему, как овцы, просто потому, что боятся, — добавил Грюм.
— Я не позволю, — проговорил Дамблдор.
— Что?
— Вы говорите о том, чтобы использовать себя в качестве наживки, — сказал он. — Я не желаю такого риска, в данный момент именно я отвечаю за вашу сохранность.
— Другого шанса так сильно ударить по его организации может не случиться больше никогда, — сказала я. — Рейды по их схронам уже почти не дают выхлопа, и в следующем году он будет только наращивать силы. За год его положение станет уже далеко не таким отчаянным.
Грюм недружелюбно уставился на меня.
— Ребёнок в твоём возрасте не должен так думать, — сказал он.
— У меня было трудное детство, — и с приездом сюда ничего особенно не поменялось. Хотя, конечно, тут потише, чем дома.
— И почему Америка не напоминает дымящуюся груду руин? — спросил Грюм.
— Ну, я тогда колдовать не умела, — ответила я. — Существуют пределы того, что может сделать маленькая девочка.
У меня возник вопрос:
— Существуют ли какие-то ограничения, кто может стать Министром Магии?
— Что ты имеешь в виду? — не понял Грюм.
— Ну, в Штатах, чтобы стать президентом, надо быть гражданином от рождения. Здесь то же самое?
— Нет, — сказал Дамблдор. — Вы будете это проходить на третьем курсе по Истории Магии.
— Но такого никогда не случалось, — сказал Грюм. — И не случится. Никто не станет выбирать иностранца.
— А почему вы спрашиваете? — внезапно вклинился Снейп.
— Просто так, просто так... — сказала я. И невинно улыбнулась.
Подкалывать их было прикольно. Я не собиралась становиться Министром Магии, но Снейпово выражение лица того стоило.
— Видимо, пора вам возвращаться к занятиям, — сказал Дамблдор.
Я кивнула.
— Будь осторожна, — напутствовал меня Грюм. — Безопасных мест не существует!
— Постоянная бдительность! — ответила я, улыбнувшись ему.
