Неделя прошла, прежде чем я была готова, и в последний день меня вынудили отправиться через всю страну, только затем, чтобы я смогла приехать обратно на поезде. Ранее я никогда не ездила на поезде, но сомневалась, что сие действо произведет на меня большое впечатление. В конце концов, я путешествовала в одном из технарских модулей Дракон в форме дракона и побывала в целом ассортименте других транспортных средств.
Тем не менее, я ощущала, как мой желудок завязывается в узел. Мне предстояло попасть в окружение детей, и некоторые из них были детьми людей, которые хотели убить меня. Как минимум, они могли шпионить для своих родителей, и в наихудшем случае могли попробовать убить меня.
Странным образом, нервничать меня заставляло совсем другое.
Это был тот факт, что они являлись детьми. Как я должна была с ними взаимодействовать? У меня не было никаких общих интересов, даже с самыми старшими из них, за исключением магии, и они ожидают, что я буду вести себя как ребенок своего возраста.
В свои первые одиннадцать лет, я была не так уж и хороша. Я была неловкой и неуклюжей, и чрезмерно привязчивой. Теперь же, когда я видела войну за выживание всех миров, сражалась с Сыном, и Бойней 9, и Бойней 9000...
Дети будут такими же чужими для меня, как и я для них.
Глава 10. Хогвартс-экспресс
— Почему бы не аппарировать прямо к поезду? — спросила я. — Зачем рисковать быть увиденными в магловском Лондоне?
— Это опасно, когда многочисленные волшебники пытаются аппарировать в одно и то же место в одно и то же время, — сказал Снейп. — Учитывая, что платформа сама имеет ограниченный размер, выбор был либо создавать сотни портключей, привязанных к различным временам, что было сочтено чрезмерно сложным и затратным, либо просто сделать так, чтобы каждый приезжал через магловский Лондон.
В этом действительно был смысл.
Что не имело смысла для меня, так это само требование всем волшебникам приезжать в магловский Лондон. Почему бы семьям волшебников не телепортироваться напрямую в городок возле Хогвартса, просто оставив поезд маглорожденным?
Мы вошли внутрь вокзала Кингс-Кросс. Он был очень большим и невероятно людным.
Я не видела никакой платформы 9 и 3 / 4, но Снейп уже рассказал, в чем там хитрость. Оставалось непонятным, не играл ли он со мной; заставить меня вбежать в стену на полной скорости — шутка довольно жестокая, и если так всё и окажется, я найду способ заставить его поплатиться.
Как бы то ни было, я замечала там и сям неуместно одетых детей, несущих большие сундуки, и было их достаточно, чтобы мне оставалось только удивляться, как обычные люди ничего не замечают год за годом. Даже если подобное происходило всего лишь дважды в год, этого вполне достаточно для возникновения конспирологических теорий.
Я не имела ни малейшего представления, как волшебники собирались поддерживать секретность после изобретения сотовых телефонов. Заклинаний изменения памяти (и какой же внушающей ужас была сама их идея) будет недостаточно, как только фотографии окажутся загружены в интернет.
Снейп проводил меня до прохода. Я скорчила рожу и протолкнула свою тележку с сундуком сквозь стену. Он оставался позади, потому что, если бы прошёл первым, я бы осталась одна в магловском Лондоне, что стало бы хорошей возможностью меня похитить.
Как ни странно, в одиночку по другую сторону я буду в большей безопасности. Волшебники не станут игнорировать магию так, как это делают маглы, и с таким большим количество родителей, приглядывающих за своими чадами, нападающим вряд ли хоть что-то сойдет с рук.
Это было объяснение, выданное Снейпом, и оно звучало довольно разумно.
Он не последовал за мной; предположительно, не хотел подчеркивать факт моей особенности перед кем-либо из Пожирателей Смерти на другой стороне.
Я проверила, что капюшон скрывает лицо, и устремила пристальный взгляд на паровоз. Если на магловской стороне я думала, что люди одевались несуразно, то на этой всё было ещё хуже. Паровоз выглядел так, словно прибыл с Дикого Запада, и он был покрашен в красный.
Повсюду были коты и совы, и коты сновали между сотнями ног. Неожиданно я порадовалась, что так и не купила себе кота; было легко потеряться в толпе такого размера, и Снейп обвинил бы меня в преднамеренном убийстве животного.
Я сумела проскользнуть сквозь толпу и справилась с погрузкой своего сундука на поезд. Помогло и то, что он был пустой; всё важное находилось в моей мошне. Так было легче маневрировать, и как только я доберусь до школы, то смогу вытащить наружу лишние вещи, вроде одежды и школьных книг; вещи, уничтожением которых люди вряд ли будут утруждать себя, и это освободит больше места для чего угодно, что мне захочется хранить в своей мошне.
Но даже так, погрузка сундука потребовала приложения всех сил, — уж очень я была хилой — и никто, включая большинство взрослых, не спешил мне помочь. Не улучшало ситуацию и то, что на этой стороне было не так уж много родителей-маглов; очевидно, большинство из них осталось на магловской части вокзала.
