Но ты жива, священная земля,И так же Фебом пламенным согрета.Оливы пышны, зелены поля,Багряны лозы, светел мед Гимета.Как прежде, в волнах воздуха и светаЖужжит и строит влажный сот пчела.И небо чисто, и роскошно лето.Пусть умер гений, вольность умерла, —Природа вечная прекрасна и светла.88И ты ни в чем обыденной не стала,Страной чудес навек осталась ты.Во всем, что детский ум наш воспитало,Что волновало юные мечты,Ты нам являешь верные чертыНе вымысла, но подлинной картины.Пусть Время рушит храмы иль мосты.Но море есть, и горы, и долины,Не дрогнул Марафон,[116] хоть рухнули Афины.89Не землю ты, не солнце в небесах,Лишь господина, став рабой, сменила.В бескрылом рабстве гений твой исчах,И только Слава крылья сохранила.Меж этих гор — персидских орд могила.Эллады нет, но слово «Марафон»,[117]С которым ты навек себя сроднила,Являет нам из глубины временТеснину, лязг мечей, и кровь, и павших стон,90Мидян[118] бегущих сломанные луки,И гибель перса, и позор его,Холмы, и дол, и берегов излуки,И победивших греков торжество.Но где трофеи гнева твоего,Край, где Свободой Азия разбита?Ни росписей, ни статуй — ничего!Все вор унес, твоя земля разрыта,И топчут пыль коня турецкого копыта.91И все же ты, как в древности, чудесен,Ты каждой гранью прошлого велик,Заветный край героев, битв и песен,Где родился божественный язык,Что и в пределы Севера проникИ зазвучал, живой и юный снова,В сердцах горячих, на страницах книг,Искусства гордость, мудрости основа,Богов и светлых муз возвышенное слово.92В разлуке мы тоскуем о родном,О доме, где в слезах нас провожали,Но одинокий здесь найдет свой дом,И он вздохнет о родине едва ли.Все в Греции сродни его печали,Все родственней его родной земли.И прах богов не отряхнет с сандалий,Кто был в краю, где Дельфы встарь цвели,Где бились перс и грек и рядом смерть нашли.93[119]Он здесь для сердца обретет покой,Один бродя в магической пустыне,Но пусть не тронет хищною рукойУже полурасхищенной святыниНарода, миром чтимого доныне,Пускай достойно имя «бритт» несетИ, приобщась великой благостыни,Вернется под родимый небосвод,Где в Жизни и Любви прибежище найдет.94А ты, кто гнал тоску глухих ночей,Безвестные нанизывая строки,В шумихе современных рифмачейНе прозвучит твой голос одинокий.Пройдут судьбой отмеренные сроки,Другие лавр увядший подберут,Но что тебе хвалы или упрекиБез них, без тех, кто был твой высший суд,Кого ты мог любить, кому вверял свой труд.95
