Сандра достала из—под подушки и показала ему небольшую коробку в яркой упаковке.
— Кофе. Настоящий бразильский кофе в зернах и к нему механическая кофейная мельница из бабушкиной кухни. Мельницу меня уговорила взять Марта.
— Жить с тобой становится все труднее и труднее, Сандра.
— Это почему же?
— Ты делаешь то же, что я, но всегда по чему—то чуточку лучше, а это, знаешь ли, обидно.
Леонардо достал из своей сумки и показал жене банку растворимого кофе, впрочем, тоже бразильского.
На другой день на рассвете супруги Бенси загрузили джип, простились со всеми и покинули Бабушкин Приют.
Примерно с месяц после возвращения Сандры и Леонардо Матушка молчала, но все что—то обдумывала, хмуря тонкие бровки, и в конце концов однажды заявилась в дом Бенси "на огонек" и за чаем объявила:
— Вот что, дорогие мои. Будем детей вашего рыцаря Ланселота сюда перевозить, пускай с нами живут. Тут у нас, под покровом Матушки Богородицы, можно сказать, рай земной, а им там солнышка не хватает, как и всем людям на обезбоженной земле!
Сандра, не говоря ни слова, кинулась обнимать игуменью.
— Сандра, не задуши Матушку! — предостерегла ее Бабушка.
Леонардо подумал немного а потом сказал:
— Конечно, это было бы замечательно — перевезти в Долину всех детей, и нашего Карла, конечно, тоже. Но есть две проблемы.
— Какие проблемы? — нахмурила Матушка тонкие бровки.
— Первая — Ланселот. Он ведь мечтает о том, чтобы его и детей исцелил Антихрист.
— Крещеных детей! — возмутилась матушка. — Как это можно православных детей подвергать исцелению Антихриста? Глупости, не верю я в его исцеления. У нас в Долине Господь Сам облегчит их страдания. А на вашего упрямого друга Ланселота у нас найдется мать Евдокия. Она умеет убеждать, не правда ли, Санечка?
— Что правда, то правда, Матушка! Я думаю, что она с ним справится.
— В чем же другая проблема, Леонардо?
— Везти детей не на чем.
— Вы же рассказывали, что Ланселот привез их в Бабушкин Приют на автобусе? Разве не так?
— Автобус кое—как дополз до Бабушкино го острова и там сломался окончательно. Такая вот беда, матушка!
— Ну эту беду дядя Леша разведет своими золотыми ручками.
— Ручками… — усмехнулся Леонардо, вспомнив "ручки" дяди Леши — темные, в каменных мозолях, со вздутыми от многолетней работы на холоде суставами и обломанными ногтями с несмываемыми черными каемками.
— Заканчивайте поскорее мельницу, — продолжала Матушка, — и на Рождество поедете с Богом в Бабушкин Приют.
— Я тоже поеду, Матушка? — спросила Сандра.
— А это зачем? — удивилась Матушка. — Чего тебе дома не сидится, путешественница?
— Ну как же! Леонардо будет помогать дяде Леше исправлять автобус, а я буду помогать матери Евдокии вправлять мозги Ланселоту, он же мой старинный друг, Матушка!
— Резонно, — согласилась игуменья. — Ты не возражаешь, Лиза? — обратилась она к Бабушке.
— Пускай едут вместе!
— Благословите, Матушка! — Сандра уже горела от радости и нетерпения.
— Бог благословит, непоседа.
Обитатели Долины были уверены, что благословения Матушки и смекалки дяди Леши достаточно, чтобы переезд детей состоялся. Мужчины—общинники принялись мастерить кровати для детей—инвалидов и косить сено для набивки матрацев, а женщины начали собирать по домам белье, одеяла и подушки. Напрасно Сандра уверяла их, что если детей удастся вывезти, то все необходимое для них можно будет взять в хранилище Бабушкиного Приюта, никто и слушать об этом не хотел:
— Наше белье и одеяла с подушками здоровее, — отвечали монахини. — Там, может быть, сплошная синтетика, а она в Долине все равно расползется.
Напрасно Сандра уверяла их, что в хранилище Бабушкиного Приюта почти все вещи из натуральных материалов, что ее дедушка терпеть не мог синтетики и даже считал, что православному человеку ее стоит избегать, они продолжали собирать "пожертвования".
Мать Лариса подвела под их действия научную базу:
— Деткам с больной спиной полезно спать на матрацах, туго набитых соломой. Может, такие матрацы в Бабушкином Приюте и найдутся, но можешь ты, Саня, гарантировать, что солома для них росла в таком же благодатном месте, как наше? - Этого Сандра гарантировать не могла. — Вот видишь! А у нас и солома — лечит.
Ее поддержала мать Наталья, бывший библиотекарь обители, а до монашества — биолог.
— Мать Лариса права, Сандра. Возьмем, к примеру, пух и перья для подушек. Откуда их в миру брали? Их щипали с убитых птиц! Я и в миру на таких жутких подушках спать не могла. А в Долине мы перо и пух для наших подушек набрали по гнездовьям, после того как птенцы выросли и разлетелись.
Когда подходил к концу Рождественский пост, Сандра, Леонардо, мать Евдокия и дядя Леша стали собираться в дорогу, а монахини довязывали теплые свитера и кофточки из козьего пуха, платки и шапки, чтобы дети не мерзли по дороге в Долину.
