И снова зельеделу пришлось приложить усилия, дабы не показать, насколько приятен ему тот факт, что его старый преподаватель знает и ценит результаты его стараний. Создание зелья для Нарциссы было весьма трудоёмким, однако увенчалось оно его бесспорным триумфом.
- Если кто-то из Малфоев чего-то хочет, причём хочет по-настоящему, остановить его невозможно, - продолжал говорить Флитвик. - Сейчас же целью, если можно так выразиться, Драко стал Гарри, и староста не остановится, пока не завоюет расположение гриффиндорца.
- Как вы всё это увидели? - поинтересовался Снейп, абсолютно согласный с выводами профессора Чар о целеустремленности Малфоев.
- Магия каждого волшебника или ведьмы имеет свой индивидуальный отпечаток, след. Именно по нему в Аврорате и отслеживают того или иного преступника. Это знают все. Но что известно только небольшому количеству специалистов, в определённых ситуациях этот магический след может меняться. Немного, едва заметно. Меняется он вследствие каких-то изменений в самом маге. Я знаю индивидуальный, магический почерк любого своего ученика и могу с точностью утверждать, что книга, присланная сегодня за завтраком Гарри, была от Драко. Однако я с уверенностью могу сказать, что намерения твоего подопечного по отношению к гриффиндорцу были более чем серьёзны.
Маленький преподаватель ненадолго замолчал, а потом добавил аргумент, который слизеринец никак не ожидал от него услышать:
- Почти такое же изменение в магическом почерке я имел честь наблюдать у Люциуса Малфоя, когда он стал делать подарки Нарциссе Блек.
- Знаете, профессор, а я теперь понимаю, почему Диппет, - зельедел кивнул на портрет названного мага, - взял с вас слово, ограничивающее ваши возможности. Ваши знания в определённых руках - весьма опасное оружие.
- К сожалению, не я один могу прочитать магические подписи, - тихо произнёс маленький преподаватель. - Альбус их тоже умеет считывать. Именно так ему удалось разрушить огромное количество весьма перспективных пар, у которых могли родиться весьма сильные маги.
- А у вас бывали ошибки? – задал слизеринец следующий вопрос, при этом понимая, что затрагивает весьма щекотливую тему - мало кто из его знакомых любил говорить о своих неудачах.
- Да, - весьма неохотно проговорил Флитвик. - Был один маг, о почерке которого я могу мало что сказать.
- И как звали этого мага? - уточнил Снейп, хотя и видел, что старшему преподавателю неприятно об этом говорить.
- Сириус Блек, - ответил профессор Чар после достаточно продолжительной паузы.
- Но почему? - данный ответ не стал для Снейпа таким уж неожиданным, но он не отказался бы узнать как можно больше подробностей.
Однако маленький маг только отрицательно покачал головой, давая понять, что больше говорить на эту тему он не собирается.
Зельевар тем временем размышлял над тем фактом, что ему всё чаще и чаще приходится слушать о несоответствиях Блека в тех или иных ситуациях. Однако былой неприязни это не вызывало. Маг осознал, что после ночи, проведённой в ритуальном зале дома Блек и спасения Драко, ему всё сложнее и сложнее относиться к анимагу как к врагу. Теперь при упоминании этого имени перед глазами зельевара возникал образ Блека, аккуратно несущего его крестника на руках…
Но сделать какие-либо выводы из этого факта декан слизеринцев не успел. Внизу отодвинулась горгулья, закрывающая вход, заработала лестница, и маг посмотрел на дверь, ожидая появления своего самого нерадивого ученика и одновременно зельевара-интуиста Невилла Долгопупса. Однако в кабинет вбежал другой представитель ало-золотого факультета.
- Профессор Флитвик, я принес проект, - с порога провозгласил Деннис Криви, однако, увидев зельевара, смутился и затараторил: - Ой, простите. Я не вовремя, пожалуй, я позже зайду.
- Ну, что вы, молодой человек, проходите, - улыбнулся преподаватель Чар. - Я с удовольствием послушаю, что вы мне скажете.
часть 7 (112)
Увидев недоумевающие лица остальных присутствующих в классе, братья постарались взять себя в руки и стали объясняться в привычной для себе манере:
- Герм, сегодня с утра ты вызвала нас к себе в комнату, - начал гриффиндорец, которого Тео про себя назвал «льдистым смертником», поскольку именно этот парень посмел обнимать его девушку.
- Якобы из-за нашей продукции, - продолжил «огненный страдалец», поскольку с ним Нотт решил быть чуть-чуть помягче за умение держать свои руки при себе. Немалую роль в таком миролюбии сыграла произнесенная ранее же фраза о «сокровище, любящем красоту».
- А на самом деле прочитала лекцию, – снова заговорил «смертник», которого на самом деле звали Джордж.
- О том, как мы вчера подставили Гарри, - не отставал от брата «страдалец» с именем Фред.
- Ты ещё попросила домовика найти нашего героя, - от этой манеры близнецов говорить друг за другом у слизеринца уже начиналась мигрень. Кроме того, ему вдруг захотелось узнать, как на самом ало-золотом факультете относятся к такой манере передачи информации.
