Снейп невероятным усилием отогнал мысль о том что сложись иначе их школьная жизнь он бы никогда не стал бы упивающимся, Лили была бы жива, а Гарри рос бы в любящей семье… Такое развитие событий было невозможно, поскольку Блек осознанно выбирал свой факультет - и учиться и дружить им было не суждено в любом случае. И все же сейчас самому себе профессор смог признаться что он бы не отказался входить в группу наподобие Мародеров, в которой был бы человек готовый ради него отказаться от половины своей силы. Этот поступок Блека до сих пор вызывал изумление. Ради дружбы пойти на такие жертвы. Почему? Ведь этим он перечеркивал свое будущее, сознательно отрекаясь от возможности создать свою семью. Никто не захотел принимать в род такого зятя. И это Блек делал ради дружбы. Невольно в голову зельедела пришла мысль, а что анимаг мог бы сделать ради любви? Профессор отмахнулся от неё как от несущественной. А вот незнание кого Блек так ненавидел на Слизерине, что не захотел пойти туда ему не давало покоя.
Размышляя над всеми этими фактами, профессор продолжал просматривать личные дела учащихся. Ему просто необходимо поговорить с человеком который работал в школе до реформ Дамблдора. И единственной к кому он мог бы обратится со своими вопросами была мать Нотта, которая до замужества два года была преподавателем. Снейп снова задумался ведь он даже не мог с уверенностью сказать какому именно предмету она учила детей, что тоже было весьма необычно. Но это была не единственная проблема школы.
За время, которое директором был Дамблдор, уровень оценок по СОВ и ЖАБА заметно снизился. Если в годы его учебы отличниками и хорошистами было около сорока процентов выпускников, то теперь их было только двадцать пять и это в лучшем случае. В то что он вносит свою немаленькую лепту в снижение уровня знаний профессор понимал, но за все годы его преподавания ему не было сделано не одного замечания по поводу оценок или материала уроков. Он никогда над этим не задумывался, но сейчас понимал что это в высшей степени непрофессионально. В школе должны существовать какие-то единые стандарты и правила, которые позволили бы повышать качество знаний учащихся.
Снейп поднял палочку и направил своего патронуса, легконогую лань, к Гевину Нотту с просьбой в ближайшем времени организовать ему встречу с мадам Нотт. Профессор хотел разобраться хотя бы с этой стороной деятельности директора. Зельедел вдруг понял, что на самом деле директор обладает большей властью даже чем Министр магии. Имея столь значительные должности, он может формировать нужное ему мнение в школе, а потом подводить под это мнение законодательную базу как председатель магического суда. И это давало возможность Дамблдору собирать все сливки в то время, как все неприятности сыпались на голову Министра.
Зельедел оглянулся, осматривая помещение архива. Он ожидал, что здесь будет храниться больше документов, но в зале были только материалы за то время, как директором школы был Дамблдор. Профессора не мог не насторожить этот факт и он решил позже разобраться с этим вопросом. Но в данный момент декан уже должен был уходить, чтобы не опоздать на пару к пятому курсу гриффиндор-слизерин. Снейп улыбнулся, учитывая все происшедшие за последнее время события урок скучным не будет.
***
В замке Ноттов сидел и смеялся хозяин замка, глава древнего аристократического рода. Ему с небольшим перерывом пришло уже два послания, в котором, упоминались встречи с его матерью. Лорд улыбнулся, хорошо, что он отправил ей послание ещё ночью, как только вернулся из дома на площади Блеков. Гевин знал, что помощь матери в данной ситуации будет неоценимой и по привычке не стал утруждать себя соблюдением этикета. Так что визит Люсинды Нотт ожидался уже к вечеру.
Часть 1 (57)
В аудитории зельеварения собирались ученики двух враждующих факультетов. На первой паре в связи с различными предметами происшествий не было. Поэтому многие с нетерпением ожидали именно эту пару, чтобы узнать, как дальше будут развиваться события.
Одного взгляда на гриффиндорку перед парой Нотту хватило, чтобы понять, что он ошибся в своем предположении. Каким-то немыслимым для слизеринца образом Гермиона Грейнджер уже связалась с Виктором Крамом и спросила у него совета по волнующему её вопросу. Так что, на пару зельеварения девушка пришла, обдумывая как ей выйти ночью из спальни, чтобы об этом в очередной раз не узнал Дамблдор.
Внутри у Тео все бурлило от чувств и переживаний. Ревность, эта хитрая змея, уже вовсю хозяйничала в его сердце. Притом слизеринец не понимал к кому же он все-таки ревнует больше: к болгарину, Национальному герою или рыжему Уизли. После завтрака Поттер делал вид, что старосты для него не существует, в то время как рыжий парень сел за одну парту с подругой, демонстрируя тем самым свое положительное отношение и поддержку. И, если Драко такая расстановка сил могла только радовать, Нотта она не устраивала совершенно.
