Картина поражала своей эротичностью, но в то же время неуместностью. Мантии обоих мужчин лежали у их ног на полу, сброшенные за ненадобностью. Нотт стоял спиной к зрителям, прижимая Билла к стенке и закрывая его своим телом так, что оставалась видна только рыжая макушка. Однако правая рука юноши, перебирающая волосы аристократа, и левая, обнимающая мужчину за талию, говорили о том, что парень нисколько не против данного развития событий. Тем временем целующиеся маги, не обращая никакого внимания на окружающий их мир, несколько изменили позицию, и вот уже Гевин ставит свою ногу между ног молодого оборотня, тем самым увеличивая интимность их контакта.
- Ого... - негромко выдохнул Чарли Уизли, комментируя происходящее, в то время как остальные наблюдатели только покачали головами от такой безрассудности. И только Сивый, стоящий ближе всех к увлёкшейся парочке, негромко произнёс заклятье.
Мужчин в буквальном смысле отшвырнуло друг от друга, а вся их одежда в одно мгновение покрылась инеем.
- Фенрир, мантикора тебя забери, ты что творишь?! - взревел разъярённый аристократ, направляя свою палочку на вожака. - Какого гиппогрифа ты вмешиваешься?!
- Спасаю вас от ошибки, - усмехнувшись, проговорил Сивый, наблюдая, как в это время Билл пытается ликвидировать последствия его заклятия - согреть и высушить их с Ноттом одежду.
- От какой же, интересно? - саркастично произнёс аристократ, пытаясь взять себя в руки. - Если ты беспокоишься о том, что я обижу Билла, то не стоит. Я уже сделал ему предложение и даже получил согласие.
- Да хоть письменное разрешение Молли Уизли на проведение первой брачной ночи, - усмехнулся Фенрир, не обращая никакого внимания на вскрики удивления, раздавшиеся за его спиной. - Билл оборотень, а значит, должен следовать нашим обычаям.
- Он прав, Гевин, - произнёс смущённый до невозможности оборотень. - Нам придётся подождать следующего полнолуния.
- Но почему?.. - растерянно спросил сбитый с толку аристократ. - Ведь зарегистрировать брак мы можем прямо здесь и сейчас.
- Вот только медовый месяц вам придётся отложить на полгода, - произнесла подошедшая к магам Люсинда, нисколько не удивленная таким заявлением сына.
- И наслаждаться долгими месяцами супружеского целибата, - добавил Сивый.
- Это нонсенс! - едва сдерживая свои эмоции, проговорил Нотт. - О каком супружеском целибате идёт речь?
- Гевин, я тебе потом всё объясню, - спокойно проговорила ведьма, с нежностью смотря на сына и его избранника. - А пока поверь, Фенрир оказал вам с Биллом огромную услугу.
- Но… - всё же не сдавался старший Нотт.
Сивый не стал дожидаться окончания этого разговора, прекрасно понимая, какие чувства испытывает сейчас лорд. Посмеиваясь про себя, вожак направился к стоящим и наблюдающим за происходящим магам.
- Нашли момент, - не замедлил проворчать зельевар, который где-то в глубине души завидовал Нотту, который никогда не стеснялся проявлять свои чувства. - И это в то время, как ещё нужно решить, как поступить с Джинни.
Произнеся это, профессор ожидал расспросов от стоящего рядом Чарли, но тот только вздохнул и промолчал.
- Джинни уже обезврежена, - спокойно произнёс Фенрир, при этом внимательно смотря на своего партнёра, что-то обсуждающего с анимагом, в то время как Гарри Поттер, воздвигнув вокруг себя и Рона защитный щит, что-то втолковывал рыжему магу.
- Как?.. - только и смог спросить поражённый преподаватель.
- Насколько я понял, директор Флитвик применил к гриффиндорке заклятье, ограничивающее на время возможность колдовать, - пояснил Сивый, не переставая пытаться по отчаянной жестикуляции Рона понять, о чём именно говорят парни.
- Думаю, Северус хотел спросить, как удалось узнать, что Джиневра Уизли служит этому чудовищу, - произнёс Люциус, при этом кивком головы указывая на Арку, в которой до сих пор билось тело Воландеморта.
- Маркус Флинт почувствовал запах Лорда, когда гриффиндорка проходила мимо него, и, понимая, какой катастрофой может это закончиться для учеников Хогвартса, тут же сообщил об этом Флитвику, - проговорил Сивый, переводя, наконец, взгляд на стоящего рядом с ним аристократа.
Ответ вожака тут же помог Снейпу сложить в голове разрозненные кусочки головоломки. Слизеринский декан знал, что его бывший студент не стал упивающимся, поскольку Сивый обратил его в оборотня. Раньше маг обвинял в произошедшем неумение вожака сдерживать свои звериные инстинкты. Однако теперь профессор понимал, что таким образом Фенрир наоборот старался защитить юных волшебников от рабской метки. А то, что, руководствуясь обострённым обонянием, Маркусу не составило труда узнать в запахе ученицы неуместные нотки, было понятно без пояснений. Из всей этой истории зельевару осталось уточнить только одну деталь, и поэтому он незамедлительно задал Сивому ещё один вопрос:
