– Баальджагг, – прошептал он, – ты подросла с тех пор, как я в последний раз тебя видел.
Признав малазанца, ай на миг задержалась, а затем вышла из дверного проёма. Ток дождался, пока Баальджагг проскользнёт мимо, и последовал за волчицей.
Коридор был разгромлен. Рассыпавшийся камень, обломки кроватей и куски плоти повсюду. Стены были испещрены брызгами крови и желчи.
Низко опустив голову и клацая когтями, Баальджагг подалась в сторону купальни. Ток легко двигался за ай. До того как они добрались до комнаты, второй четвероногий силуэт возник из бокового прохода рядом со входом. Тёмный, буро-серый и даже крупнее, чем Баальджагг. Горящие, словно угли, глаза на широкой, вымазанной кровью голове уставились на Тока Младшего.
Плечи зверя были покрыты белой пылью, он прижался к стене, чтобы дать Баальджагг пройти.
– Гарат, – прошептал Ток, когда следом за ай оказался в пределах досягаемости огромных челюстей. – Что же такого было подмешано в то мясо бхедерина, которое ты съел?
В ту ночь в нём не было и следа от нежного пса – Гарат был первоклассным хладнокровным убийцей. Смерть пряталась в огромных глазах собаки.
Зверь позволил Току пройти, потом развернулся и нырнул обратно в проход, по которому пришёл.
Ряд свечей на дальней стене освещал купальню. Баальджагг вынюхивала что-то, огибая бассейны. Сочащаяся вода была окрашена кровью. Во мраке Ток мог разглядеть четыре трупа в доспехах, лежащие на дне бассейнов. Малазанец не был уверен, но ему показалось, что солдат сварили заживо.
Ток наклонился к стене и, содрогаясь всем телом, вернул обратно ужин, который так щедро предоставил провидомин.
Отдалённый грохот тряхнул пол под ногами.
– Так вот ты где!
Ещё чувствуя тошноту, он развернулся и увидел госпожу Зависть, одетую в белую, без единого пятнышка, ночную рубашку, чёрные волосы были подобраны и заколоты сзади. Женщина стояла в дверном проёме.
– Увы, их броня оказалась смертельно тяжёлой, – сказала Зависть с сожалением, глядя на трупы в бассейнах. Потом её лицо посветлело. – Ладно, вы двое, пошли со мной! Сену и Турул уже должны были закончить с воинами провидомина.
– Я думал, он один, – недоумевая пробормотал Ток.
– Скорее около двадцати. Кальт был их капитаном и высшим жрецом храма. Воин-жрец – какая нелепая комбинация. Иди обратно в свою комнату, милый. Тебе нужно собрать вещи. Встретимся снаружи.
Чародейка удалилась.
Ток старался не отставать, Баальджагг шла сзади. Сделав глубокий дрожащий вдох, он спросил:
– А Тлен появлялся?
– Я его не видела. Да он и не пригодился бы. Всё было под контролем.
– Пока я похрапывал где-то, как дурак.
– Баальджагг тебя стерегла, любовь моя. Ты ведь очень устал, не так ли? Вот мы и пришли. Собирай вещи. Гарат намерен уничтожить этот храм…
– К слову, – перебил её Ток, – насчет Гарата…
– Ты, наверное, встал не с той ноги, да? Давай обсудим это позже.
– Хорошо, – проворчал он, входя в комнату. – Обязательно обсудим.
Внутренние кельи храма рассыпались в пыль, а Ток стоял снаружи и смотрел, как два сегулеха снимали с крюков трупы крестьян и заменяли их недавно зарезанными телами воинов провидомина. Кальт, с единственной колотой раной в сердце, был среди них.
– Он сражался с яростной решительностью, – прошептала госпожа Зависть на ухо Току. – Его топор был повсюду, но Турул, казалось, едва двигался. Парировал почти незаметно. Затем лениво потянулся и ударил капитана-провидомина прямо в сердце. Дивное зрелище, Ток Младший.
– Не сомневаюсь, – прошептал он. – Скажи, теперь Провидец знает о нас?
– О да! И уничтожение этого храма причинит ему настоящую боль.
– Он отправит Худову тучу войск против нас.
– Если только может освободить одну из армий с северного фронта, это кажется вероятным. Конечно, он испытает потребность как-то ответить нам, хотя бы для того, чтобы замедлить наше передвижение.
– Мне, похоже, можно возвращаться, хоть прямо сейчас, – буркнул Ток.
Она приподняла бровь.
– Тебе не хватает уверенности?
– Госпожа, я не сегулех. Я не ай на грани Восхождения. Я не т’лан имасс. Я не собака, которая может на равных сразиться с Гончей Тени. И я не ведьма, которая может заживо вскипятить человека щелчком пальцев!
– Ведьма? Я оскорблена! – Она двинулась к нему, скрестив руки. Её глаза горели. – Ведьма! Ты хоть раз видел, чтобы я щёлкала пальцами? О Бездна, что за безвкусный образ!
Он невольно сделал шаг назад.
– Просто фигура речи…
– Просто заткнись! – Она взяла его лицо в руки, подтянула опасно близко к себе. Её полные губки слегка приоткрылись. Ток пытался отстраниться, но его мышцы будто растаяли.
Неожиданно она насупилась и остановилась.
