Память льда. Том 2 полностью

Хватка глубоко вздохнула, затем взглянула на Дуджека.

Первый Кулак, казалось, не мог решиться.

— Кто-нибудь видел капитана Парана?

Никто не ответил.

— Ладно. Что касается захоронения павших «мостожогов», решение принимать тебе, лейтенант Хватка.

— Им всегда было любопытно, что там внутри Лунного Семени, — сказала та, криво ухмыльнувшись. — Думаю, им бы это понравилось.

К обозу, беспорядочно раскинувшемуся в парковом лесу к северу от поля боя, медленно стягивались семьсот двадцать два Моттских ополченца, каждый тащил джутовый мешок, набитый добычей из города.

К стволу дерева прислонилась массивная столешница, так, что виден был рисунок на днище. Ножки давно отломились, но так её было легче перевозить.

Прежде, чем кто-либо заметил, изображение какое-то время уже светилось — а вот теперь внушительная толпа собралась рядом и пялилась на чудо. Наконец Путь внутри рисунка открылся, наружу ступил Паран, а за ним — Быстрый Бен и невысокая, мускулистая женщина с чёрными волосами.

Все трое были покрыты изморозью, которая начала таять, как только портал закрылся у них за спинами.

Один из Моттских ополченцев выступил вперёд.

— Здрасте. Я — главмаршал Джиб Валун, и кой-чего не могу уразуметь.

Паран, который всё ещё дрожал от беспощадного холода Омтоз Феллака, некоторое время смотрел на ополченца, затем пожал плечами.

— И чего же, главмаршал?

Джиб Валун почесал в затылке.

— Ну, это ведь стол, а не дверь…

Чуть позже, когда Паран и Быстрый Бен шагали в сумерках к полю боя, чародей тихо рассмеялся. Капитан покосился на него.

— Что?

— Лесной юморок, Паран. Случается, когда говоришь с самыми страшными магами, каких мы только встречали.

— Магами?

— Ну, может, это и не лучшее слово. Скорее, с колдунами. Болотными колдунами. Такими, с древесной корой в волосах. Если уйдут в лес, ты их ни за что не найдёшь, разве только сами решат показаться. Эти братья Валуны — худшие из всей этой компании, хотя говорят, у них есть единственная сестра, с которой мы тоже совсем не хотим встречаться — никогда.

Паран покачал головой.

Килава ушла, как только они вернулись в смертный мир. Заклинательница простыми словами поблагодарила их обоих, и это, как почувствовал Паран, само по себе было исключительным знаком доверия с её стороны, — а затем скрылась в сумраке леса.

Капитан и чародей добрались до торгового тракта и уже видели, как он выпрямляется, взбирается к гряде рядом с полем боя и городом. Лунное Семя висело практически у них над головой, истекая дождём и туманом. Несколько пожаров ещё полыхали в Коралле, но, похоже, тьма Куральд Галейна как-то их притушила.

Паран никак не мог выбросить из головы последние события. Он не привык быть рукой… искупления. Спасение яггутской девочки из раненого портала в Морне потрясло его.

Давным-давно… у стен Крепи. Я почувствовал её, почувствовал эту девочку — в тисках вечной боли, она не понимала, что сделала, чем заслужила всё это. Думала, что найдёт свою маму — так ей сказала Килава. Держала за руку брата…

А затем всё это пропало.

Внезапно — одна.

И одна лишь боль.

Тысячи лет.

Быстрый Бен с Таламандасом что-то сделали с девочкой, чарами избавили её от воспоминаний о произошедшем. Паран почувствовал личное участие Худа в этом колдовстве — лишь богу подобное было бы по силам: не просто заблокировать память, но полностью удалить её, очистить лист.

И вот — девочка потеряла брата. Но нашла дядю.

Только отнюдь не доброго дядюшку. Провидец страдает от собственных ран…

И теперь во владениях Огни появились новые жители. В её мире поселился древнейший Путь.

«Память льда, — сказал тогда Быстрый Бен. — Жар кроется в этой отраве хаоса — жар, силы которого хватит, чтобы уничтожить служителей. Мне нужно было найти способ замедлить распространение инфекции, ослабить яд. Я ведь предупредил Увечного бога, знаешь ли. Сказал ему, что встану у него на пути. Мы ему хорошо врезали, знаешь ли…»