— Ты интересный, — сказала Найнив, повернувшись к нему. Она выглядела ни на день не старше, чем тогда, когда он оставил ее в пещере, но были другие различия. Она снова заплела волосы в косу, но ее лицо теперь было более сухое, более… резкое. И ее взгляд…
Ее взгляд был совсем неправильным.
— Как ты выжил здесь? — спросила она у него. — Как ты оставался нераскрытым столь долго?
— Я пришел оттуда, где нет власти Темного.
Найнив рассмеялась:
— Вздор. Детские сказочки. Великий Повелитель правил всегда.
Ранд мог видеть это. Его связь с Узором позволяла ему различить и скрытые ответвления. Эта возможность… она была реальна. Это был один из путей, которым мог пойти мир. Здесь Темный одержал верх в Последней Битве и разрушил Колесо Времени.
Это позволило ему изменить все, развернуть Узор по-новому. Все живые забыли прошлое, и знали теперь лишь то, что Темный вложил в их головы. Ранд мог прочесть истину, историю этого места, в нитях Узора, которых он касался раньше.
Найнив, Эгвейн, Логайн и Кадсуане теперь стали Отрекшимися, Обращенными к Тени против собственной воли. Морейн казнили за то, что она оказалась слишком слаба.
Илэйн, Мин, Авиенда… Они были отданы на вечные пытки в Шайол Гул.
Этот мир был ожившим кошмаром. Каждый из Отрекшихся правил, как деспот, в собственной малой части мира. Царила вечная осень, а они бросали армии и Повелителей Ужаса и сражались друг с другом. Вечная битва.
Запустение разрослось по всем океанам. Шончан больше не было, их земли были разрушены до такой степени, что только крысы и вороны могли жить там. Всякий, кто мог направлять, был обнаружен в юности и Обращен. Темному не хотелось рисковать тем, что кто-то может вновь вернуть миру надежду.
И никто никогда не сможет.
Ранд закричал, когда тринадцать начали направлять.
— Это худшее, что есть у тебя? — выкрикнул он.
Они давили своей волей на него. Он чувствовал их, как гвозди, вбиваемые в его череп, терзающие его плоть. Он оттолкнул их всей своей силой, но другие начали давить на него толчками. Каждый такой толчок, как удар топора, пробивался все глубже и глубже.
ИТАК, Я ПОБЕДИЛ.
Неудача болью отозвалась в душе Ранда — осознание того, что все это произошло по его вине. Найнив и Эгвейн Обращены из-за него. Те, кого он любил, стали игрушками для Тени.
Ранд должен был защитить их.
Я ПОБЕДИЛ, СНОВА.
— Ты думаешь, я все еще тот же юнец, которого Ишамаэль так старался напугать? — выкрикнул Ранд, борясь со своим страхом и стыдом.
БИТВА ЗАКОНЧИЛАСЬ.
— Она еще даже не началась! — закричал Ранд.
Реальность вокруг него вновь раскололась, рассеченная лентами света. Лицо Найнив распалось, как кружево, сплетенное из гнилых ниток. Земля рассеялась, и крепость перестала существовать.
Ранд избавился от пут Воздуха, которых никогда здесь не существовало в полном смысле. Реальность Темного была подделкой, грубо сплетенной из составных частей. Нити света вырвались наружу, дрожа, как струны арфы.
Они ждали, когда их сплетут.
Ранд глубоко вздохнул сквозь зубы и посмотрел во тьму позади нитей.
— Я не буду просто сидеть на месте и страдать на этот раз, Шайитан. Я не буду захвачен твоими кошмарами. Я стал чем-то большим, чем был когда-то.
Ранд поймал нити, вившиеся вокруг него — сотни и сотни их. Это не был ни Огонь, ни Воздух, ни Вода, ни Земля и ни Дух. Это было нечто гораздо более глубокое, каким-то образом более разнообразное. Каждая была сама по себе, уникальная. Вместо Пяти Стихий, здесь были тысячи.
Ранд собрал их вместе, удерживая в своей руке сами основы мироздания. Затем он направил их, сплетая новую возможность.
— Теперь, — сказал Ранд, глубоко дыша, чтобы изгнать ужас от увиденного, — Теперь Я покажу ТЕБЕ, что должно произойти.
Брин поклонился.
— Люди на позициях, Мать.
Эгвейн глубоко вздохнула. Мэт отправил силы Белой Башни через сухое русло реки ниже брода и вокруг западной стороны болот.; настало время для Эгвейн, чтобы присоединиться к ним. Мгновение она колебалась, глядя через Врата на командный пункт Мэта. Эгвейн встретилась взглядом через стол с шончанской женщиной, где она властно восседала на своем троне.
«Я с тобой не закончила», подумала Эгвейн.
— Идем, — сказала она, оборачиваясь и давая Юкири знак закрывать Врата в строение Мэта. Она держала са'ангриал Воры в руке, перебирая его пальцами, когда выходила из своей палатки.
Она помедлила, когда кое-что увидела. Что-то мелкое на земле. Крошечная паутина трещин на камнях. Она наклонилась.
— Их все больше и больше вокруг, Мать, — Сказала Юкири, наклоняясь рядом с ней. — Мы думаем, трещины распространяются, когда направляют Повелители Ужаса. Особенно, если используется Погибельный огонь.
Эвгейн чувствовала их. Хоть они и были похожи на обычные трещины на ощупь, но выглядели уходящими в абсолютное ничто. Тьма, настолько глубокая, что не может быть вызванной тенью от света в обычных трещинах.
Она направила. Все пять стихий, вместе, исследуя трещины. Да…
Она не была точно уверена, что делала, но только что созданное плетение накрыло трещины как повязка. Тьма исчезла, оставляя только обычные трещины и тонкую пленку кристаллов.
