Прежде, чем въезжать, мне пришлось откинуть антенны комплекса радиоразведки прямо на ящики с мороженым. Вообще, четыхметровые гибкие «усы» еще умудриться сломать надо было — для армии же делали! Но я-то не на казенной технике чай раскатываю, да и хрен найдешь замену, если повредишь этот комплект. Дальше пришлось поломать голову над геометрией, однако и тут конструкторы тяжелых танков прорыва подумали за пользователей заранее. Точнее, скорее учли опыт эксплуатации предыдущих моделей — максимально опущенная вниз пушка главного калибра пряталась своим концом под максимально поднятый отвал. Вот теперь — покатаемся!
Взрыв вымел большую часть обломков камня за пределы выровненной площадки и из получившегося въезда, но по оставшимся я проехал все равно с большой осторожностью. И попал, как и обещала альпинистка-подрывник в перпендикулярно тянущуюся влево и вправо галерею. Наклонную, и, судя по тому, что я видел в свете танковых фар, спиралью закручивающуюся внутри горы. Эх, надо нормальный свет все-таки на «Шестерку» ладно, следы я и так вижу. Буквально несколько шагов, пока с подошв ботинок Шаны густо опадала набившаяся туда пыль, но и этого достаточно. Поехали!
С габаритами я угадал: тэтэпэха прекрасно помещалась в галерее, правда, занимала ее практически во всю ширину. Ну да, камень же,
Совсем без задержек не получилось: первая гермозона попалась мне практически сразу же — не удалось проехать и двух сотен метров. Тут галерея расширялась до кубического объема большой камеры, где помещались и ворота, и шлюз-камера, врезанная рядом, с двумя дверьми для идущих пешком. Ворота, судя по всему, опускались под собственным весом сверху, обежав взглядом окружающее пространство, способ их поднять я так сразу и не нашел. Шлюз?
Здесь все было малость попроще, хотя я сам фига с два разобрался бы, где проходит скрытая тяга, блокирующая обе двери разом. Искательница этот нюанс знала и пережгла ее термитом прямо через крышу камеры. Теперь обе двери были открыты и через них очень заметно и неприятно сквозило. Ага, вентиляция действительно не работает. А створка гермозатвора, кстати говоря, относительно тонкая — если сравнить ту сторону и эту очень хорошо заметно. Правда, с наваренными с обеих сторон ребрами жесткости, но…
…Сталь таранным ударом отвала вспорола лист металла словно это была бумага! Шестьдесят тонн, а что вы хотите? Заодно и вентиляцию улучшил, и задерживаться не стал. И в два счета нагнал выдохшуюся альпинистку, почти добравшуюся до второго затвора. Сколько не выжимай из себя адреналин, усталость накапливается. И острота сознания притупляется, мне ли не знать. Вот что стоило подождать? Или потратить лишних пять минут на объяснение ситуации?
Не услышать движущийся по тоннелю танк невозможно, разумеется, Шана меня заметила. И почему-то до последнего была уверена, что я остановлюсь. Ага, сейчас! Долг платежом красен! Подрывник меня не разочаровала, вид надвигающейся стальной махины заставил ее сгруппироваться и почти акробатическим прыжком перепрыгнуть отвал… чтобы пребольно приземлится на лобовую броневую деталь. Ну да, скорость-то у меня так себе, не по шоссе же еду.
— …дак!!! — прокричала мне она, пытаясь удержаться на покатой поверхности, половину слова я даже не расслышал за лязгом траков и грохотом дизеля. Пометка: собрать все-таки нормальный выхлоп с глушением… Отвечать я не стал, просто показал рукой из люка вперед. И тут же его захлопнул, потому что отвал сделал дыру в следующем гермозатворе. О, кажется урок пошел впрок.
— Вот теперь говори, — предложил я, убрав руку с селектора газа. — Только очень коротко и четко. А лучше просто показывай, куда мне рулить, чтобы спасти твою группу. Если там еще есть кого спасать…
Минус еще три гермозатвора — и мы подкатили к центральному вентиляционному узлу всего недостроенного комплекса. Вот тут оказались полноценные ворота, которые брать тараном мне Шана категорически запретила. Мол, не пробью, а поднять их после деформации и вовсе нереально будет.
Впрочем, без «Шестерки» опять не обошлось.
— …!..! Через блок и прямо в самый клюз тебя…! — удивительно, но я впервые после попадания слышал ругательства, которые не знала Сталь. Пообщавшись с механиками, искателями, охотниками обычными и за головами, я наслушался всякого, включая явные заимствования из других языков. И не разу ничего нового для себя не услышал. А тут вот…
— Может, поможешь, вместо того чтобы пялиться?!
Хех. Как заговорила, а? Стоило один раз подвезти не по договору, а по собственному почину. А что я ее при этом чуть не задавил, уже и не считается, вестимо.
