От удара об скалу у Галада перехватило дыхание, он запрокинул голову назад. И застонал, опускаясь на землю. Рядом его солдаты разрезали на части тело шаранки. Им не стоило этого делать, но у некоторых Детей были странные идеи о том, что могли сделать Айз Седай, даже мертвые. Он увидел Ларда, отсекающего головы шаранским женщинам чтоб похоронить их отдельно от тела. «Если ты этого не сделаешь, — утверждал Лард, — то они возвратятся к жизни в следующее полнолуние».
Когда солдаты разделались с оставшимися двумя телами, Голевер подошёл и протянул Галаду руку.
— Сожги меня свет, — сказал Голевер, широкая усмешка рассекла его бородатое лицо, — если это не самая лучшая работа, которую мы когда-либо делали, милорд Капитан-Командор, я не знаю, что может быть лучше!
Галад встал.
— Это то, что должно быть сделано, чадо Голевер.
— Мне бы хотелось, чтобы это происходило чаще! Именно этого Дети ждали веками. А ты — первый, кто это сделал. Да осияет тебя Свет, Галад Дамодред. Да осияет тебя Свет!
— Да осияет Свет тот день, когда люди вообще перестанут убивать, — сказал устало Галад. — Не годится радоваться убийству.
— Как вам угодно, лорд Капитан Командор, — ухмыляясь продолжал Голевер.
Галад посмотрел на кровавое столпотворение на западном склоне Высот. Светом посланный Коутон, возможно, и находил некоторый смысл в этом сражении, но Галад его не видел совершенно.
— Лорд Капитан Командор, — прозвучал испуганный голос.
Галад развернулся, положив руку на эфес. Это был Алханра, один из его разведчиков.
— Что случилось, чадо Алханра? — спросил Галад, как только худой солдат подбежал. Они передвигались пешком, без лошадей. Они ведь двигались по склону, да и молнии пугали бы животных. Лучше доверять собственным ногам.
— Вы должны увидеть это сами, мой лорд, — тяжело дыша прошептал Алханра. — Это… Это ваш брат.
— Гавин?
Невозможно. «Нет. Хотя… Он должен быть с Эгвейн, на этих позициях». Галад побежал за Алханром, Голевером и остальными солдатами из отряда.
Тело Гавина с пепельным лицом лежало в углублении между двумя камнями на вершине Высот. Неподалеку лошадь щипала траву, кровь стекала по её боку, судя по всему, это была не её кровь. Галад опустился на колени рядом с телом молодого человека. Смерть Гавина не была легкой. Что с Эгвейн?
— Мир, брат, — сказал Галад, опуская руку на тело. — Пусть Свет…
— Галад… — прошептал Гавин, веки его трепетали.
— Гавин? — спросил потрясенный Галад. У Гавина была тяжелая рана живота. Он носил какие-то странные кольца. Всюду была кровь. На руке, груди… на всем его теле…
Как он еще мог быть жив?
«Узы Стража», — понял он.
— Мы должны доставить тебя к Айз Седай, к тем кто сможет тебя исцелить! — он попробовал достать Гавина из углубления.
— Галад… Я не смог, — Гавин смотрел в небо, его глаза были пусты.
— Ты все сделал правильно, — прошептал Галад.
— Нет. Я не смог. Я должен был… Я должен был остаться с ней. Я убил Хаммара. Ты знал это? Я убил его. Свет. Я должен был выбрать сторону…
Галад подхватил своего брата и побежал по склону к Айз Седай. Он пытался укрыть Гавина от ударов направляющих. Уже через несколько мгновений взрыв разорвал землю под ногами Детей, разбрасывая их в стороны, опрокидывая Галада на землю. Он уронил Гавина, который рухнул на землю рядом с ним.
Гавин дрожал, его глаза смотрели вдаль.
Галад пополз и попытался поднять его снова, но Гавин схватил его за руку, смотря ему в глаза.
— Я люблю ее, Галад. Скажи ей.
— Если вы действительно связаны, то она знает.
— Ей будет больно, — выговорил Гавин сквозь бледные губы. — А мне так ничего и не удалось. Я не убил его.
— Его?
— Демандред, — прошептал Гавин. — Я пытался убить его, но оказался недостаточно хорош для этого. Я никогда… не был… достаточно хорош…
Галад вдруг ощутил, что очутился в очень холодном, враждебном месте. Он видел, как умирают люди, он потерял друзей. Это ранило ещё сильнее. Свет, но это произошло. Он любил своего брата, любил его глубоко, и Гавин, в отличие от Илэйн, отвечал на это чувство.
— Я отнесу тебя в безопасное место, Гавин, — сказал Галад, поднимая его, потрясенный при виде слез в его глазах. — Я не останусь без брата.
— Ты не прав. У тебя есть еще и другой брат, Галад. Ты не знаешь. Сын… Тигрейн… пришедший с востока… сын Девы. Рожденный на Горе Дракона, — закашлявшись прошептал Гавин.
О, Свет…
— Оставь его, Галад, — шептал Гавин. — Забудь про свою ненависть к нему, я смог… я простил…
Глаза Гавина остекленели.
Галад прощупал пульс, потом откинулся назад, пристально глядя на своего умершего брата. Гавин перевязал свою рану, но кровь продолжала сочиться сквозь ткань и падать на сухую землю, которая жадно впитывала ее в себя.
Голевер подошёл к нему, помогая Алханра, почерневшее лицо которого и прожженная одежда пахла дымом от разрядов молний.
— Забери раненых в безопасное место, Голевер, — сказал Галад, вставая. Он протянул руку и нащупал медальон на груди. — Собери всех солдат и уходите.
— А вы, лорд Капитан-Командор? — спросил Голевер.
