Перрин устало шел по лагерю, который они разместили у подножия Шайол Гул после того, как закончилось сражение. Он сбросил куртку. Было приятно почувствовать дуновение ветра на обнаженной груди. Ма`аллейнир висел на привычном месте, на поясе. Хороший кузнец никогда не пренебрегает своими инструментами, он не расстается с ними, и порой кажется, будто они и в могиле ему пригодятся.
Он чувствовал, что мог бы проспать сто дней подряд. Но не сейчас. Не сейчас.
Фэйли.
«Нет». В глубине души он знал, что ему еще предстоит узнать о ней нечто ужасное. Но не сейчас. Сейчас он загнал эту тревогу, этот ужас поглубже.
Последние души волков возвращались в волчий сон.
«Прощай, Юный Бык».
«Найти тебе то, что ищешь, Юный Бык».
«Охота заканчивается, но мы еще будем охотиться снова, Юный Бык».
Перрин побрел между рядами раненых и Айил, праздновавших поражение Тени. Из некоторых палаток доносились стоны, из других радостные крики победы. Люди всех рас и народов сновали по цветущей теперь долине Таркан`дар, одни искали раненых, другие плакали от радости и издавали крики радости, встретившись с друзьями, которые пережили темные времена.
Айил приветствовали Перрина.
— Эй, кузнец, присоединяйтесь к нам! — но он прошел мимо. Он поискал глазами охрану. Ведь у кого-то здесь должно было хватить рассудка, чтобы побеспокоиться об оставшихся Мурддраалах или Драгкарах, которые могут попробовать хоть немного отомстить. И разумеется, он нашел в самой середине лагеря кольцо защитников, охранявших большую палатку. Кого, Ранда?
Цвета не сложились в видение. Не было изображения Ранда. Перрин больше не чувствовал, что его тянет в каком-то определенном направлении.
Это казалось очень плохим предзнаменованием.
Он протиснулся мимо онемевшей охраны и вошел в палатку. Где только они нашли такую большую на этом поле боя? Ведь все палатки были растоптаны, унесены ветром или сожжены.
Внутри пахло травами, палатка была разделена висящими полотнищами.
— Я испробовал все, — прошептал чей-то голос. Голос Дамера Флинна. — Ничто не изменит происходящего. Он…
Перрин приблизился к Найнив и Флинн, стоявших рядом с соломенным тюфяком за перегородкой. Ранд, чистый и одетый, лежал с закрытыми глазами. Морейн стояла на коленях рядом с ним и, положив руку на его лицо, шептала так тихо, что никто, кроме него не мог расслышать: «Ты все сделал правильно, Ранд. Ты все сделал правильно».
— Он жив? — спросил Перрин, вытирая пот с лица рукой.
— Перрин! — сказала Найнив. — О, Свет. Ты ужасно выглядишь. Садись, болван! Ты вот-вот упадешь. Я не хочу еще и за тобой ухаживать.
У нее были красные глаза.
— Он умирает, да? — спросил Перрин. — Вы вытащили его оттуда живым, но он все равно умирает.
— Садись, — скомандовала Найнив, указывая на стул.
— Собаки подчиняются этой команде, Найнив, — сказал Перрин, — но не волки.
Он опустился на колени, положив руку на плечо Ранда.
«Я больше не чувствую твоего притяжения, и не вижу цветных пятен, — подумал Перрин. — Ты больше не та`верен. По всей видимости, я тоже».
— Вы уже послали за ними? Мин, Элейн, Авиенда? — спросил Перрин. — Думаю, им надо с ним попрощаться.
— Это все, что ты можешь сказать? — терпение Найнив лопнуло.
Он посмотрел на нее. Она так сложила руки на груди, что казалось, будто это она себя держит в руках. Держит себя в руках, чтобы не заплакать.
— Кто еще погиб? — спросил Перрин, стараясь набраться мужества, чтобы встретить горькое известие. А по ее выражению ясно было, что оно последует. Она уже потеряла кого-то.
— Эгвейн.
Перрин закрыл глаза, вздыхая. Эгвейн. Свет.
«За каждый шедевр приходится платить, — подумал он, но это не значит, что вообще не стоит браться за работу». И все же… Эгвейн?
— Ты в этом не виновата, Найнив, — сказал он, открывая глаза.
— Конечно, я не виновата. Я знаю, что это так, дурак с набитой шерстью головой, — она отвернулась.
Он встал, обнимая ее и гладя ее по спине своей широкой рукой кузнеца.
— Мне очень жаль.
— Я пошла… чтобы спасти вас, — прошептала Найнив. — Только чтобы защитить вас, я отправилась с вами.
— Ты и сделала это, Найнив. Ты защитила Ранда, так что он смог выполнить то, что должен был.
Она задрожала, и он позволил ей плакать. Свет. Он сам прослезился. Через некоторое время Найнив резко отстранилась, а потом выскочила из палатки.
— Я пытался, — сказал Флинн, глядя на Ранда. — Найнив тоже делала все, что было в ее силах. Мы пробовали вместе, используя ангриал Морейн Седай. Ничего не получается. Никто не знает, как спасти его.
— Ты сделал все, что мог, — сказал Перрин, заглядывая в следующий отсек палатки. Там лежал на тюфяке еще один человек.
— Что он здесь делает?
— Мы нашли их вместе, — сказал Флинн. — Ранд, должно быть, вынес его из Бездны. Мы не знаем, зачем лорду Дракону спасать одного из Отрекшихся, но это не имеет значения. Мы и его не можем Излечить. Они умирают. Оба.
— Пошлите за Мин, Илэйн и Авиендой, — повторил Перрин. Он засомневался. — Они все выжили?
