— Много. Первый раз вы пришли сюда полгода назад, сильно испуганный, сказали, что вас собираются заказать… что не можете жить дальше в постоянном страхе…
— Гоша Родимцев?
— Кто, простите?..
— Кто собирался заказать? Гоша Родимцев?
— Не помню. Возможно… Но мы с вами составили первый договор, согласно которому я нейтрализовал все ваши воспоминания, связанные с этим делом…
— Зачем?! Если всё равно заказали…
— Так вы же спасались не от смерти, а от страха перед смертью.
Куранов подумал, недоверчиво хмыкнул, скроил усмешку.
— Выходит, зря боялся?
— Ну не знаю, не знаю… Вышли вы отсюда радостный, беспечный. (Куранову снова вспомнился колобок с золотым значком на лацкане.) Вероятно, эта ваша самоуверенность настолько смутила заказчиков, что они просто решили с вами не связываться…
Умолк. Куранову становилось всё хуже.
— Скажите… — отважился он. — Сильно чистить пришлось?
Сотрудник закряхтел.
— Вашу память? Сильно. Чуть ли не половину биографии.
— Почему я вас не помню?
— В последнем договоре было указано, что воспоминания о ваших к нам визитах тоже будут блокированы. Честно сказать, я надеялся, вы у нас больше не появитесь…
Куранов взялся за голову и несколько раз осторожно её сдавил. Хотелось тихонечко завыть.
— А вот от вас недавно… — проскулил он, — …дама вышла…
Сотрудник кивнул.
— Та, что назначала вам встречу? — уточнил он.
— Откуда знаете? — вскинулся Куранов.
— От неё самой.
— А зачем она сюда приходила?
— Известно зачем… Избавиться от воспоминаний.
— Обо мне?
— О вас.
— А кто она вообще?
— Ваша вторая жена.
Несколько секунд Куранов сидел неподвижно.
— Вторая? — с ужасом переспросил он наконец. — А что, была ещё и первая?!
