Прошел год, как не стало поэта, писателя, социолога, юриста Сергея Павловича Лукницкого (1954–2008). Боль от этой безвременной утраты, конечно, не прошла и на вряд ли когда-нибудь пройдет. Но даже после смерти жизнь человека, а тем более писателя, продолжается: в его слове, в его книгах, в том творческом заряде, который он дал, окружающим его людям. За год, который прошел со дня кончины Сергея, вышли две его книги: «Собачий файл» («Русский двор», М. 2008) — чудесная добрая книга об отношениях людей и зверей с предисловием И.П. Золотусского, и посмертный сборник стихов «Луч Звезды» («Русский двор», М. 2009).
При жизни Сергея Лукницкого была издана лишь одна маленькая книга его стихов под названием «Глоток мимозы» (М., Спас, 1996). Автор выпустил ее под псевдонимом Кирилл Павлов. Любопытная деталь: предисловие к этому сборнику написал некто Анатолий Грант. Когда Сергей подарил мне свою книжку в 1997 году, я как-то не обратила внимания на это имя. Потом, когда я начала составлять его посмертный сборник, мне захотелось узнать, кто же это. Я просмотрела многие справочники — такого поэта нет! Потом мне попал в руки сборник стихов «Волчец» (Ленинград, 1927 г.) Павла Лукницкого, летописца и первого биографа Н. Гумилева и А. Ахматовой. Каково же было мое удивление, когда я увидела, что сборник отца Сергея посвящен Анатолию Гранту. Кто он — этот загадочный Грант, и сколько же ему лет? Здесь явно крылась какая-то тайна. Наконец мне удалось выяснить, что Анатолий Грант — это один из псевдонимов Николая Гумилева! Того самого Гумилева, которого расстреляли в 1921 году с благословения В.И. Ленина. Позже воскрешению имени и реабилитации великого русского поэта-романтика посвятили значительную часть своей жизни сначала Павел, а затем Сергей Лукницкие.
Оказалось, Сергей сам написал предисловие к своей книге стихов. Это настолько в его духе! Как наяву вижу хитрый прищур его глаз и добрую улыбку — он был бы очень доволен, что заинтриговал нас и заставил узнать что-то новое. Он обожал мистификации и розыгрыши, потому что они придавали нашей серой жизни флер таинственности и игры. Любимый Сережин поэт как бы благословлял и напутствовал первый поэтический сборник человека, который вступился за его поруганную честь и вернул стране доброе имя /Николая Степановича/ Гумилева. Кстати, один из Сережиных псевдонимов был /Николай Степанов/. Вот уже почти сто лет, как имена Николая Гумилева и Лукницких переплелись и стали неразлучны.
В сборник «Глоток мимозы» входили ранние стихи Сергея. Единственным признанием его поэтического таланта были восхищение и аплодисменты довольно узкого круга его друзей и знакомых. Сережа легко и непринужденно, как бы мимоходом, одаривал нас остроумными экспромтами к дням рождения или по случаю каких-нибудь других торжеств. Начав писать стихи довольно рано, Сережа вскоре применительно к себе разочаровался в жанре «стихоВТОрения», как шутливо он любил называть свои поэтические этюды. И как бы в оправдание себя, на подаренной мне книге стихов он написал:
Название поэтического сборника — «Луч звезды» — было взято из стихотворения Сергея. Оно достаточно точно передает творческое пространство автора. В эту книгу я постаралась собрать то, что пока удалось найти. Это была нелегкая задача, потому что многие стихи оказались разбросаны по разным записным книжкам или наспех неразборчиво нацарапаны на клочках бумаги, некоторые стихи были незакончены. Но даже незаконченные или неотшлифованные стихи позволяют нам увидеть в Сергее Лукницком яркую незаурядную личность, ощутить, какой мощный творческий потенциал нес в себе этот талантливый человек, и какой трагедией стал для всех нас его ранний уход из жизни.
Часть Сережиного литературного наследия (особенно его ранние произведения) утрачена, но хочется верить, что не безвозвратно. Оно может находиться в черновиках, в записях или в машинописном виде у друзей и знакомых. Поэтому я очень прошу тех, у кого есть хоть какие-то материалы о жизни и творчестве Сережи, связаться со мной. В будущем планируется издание его книг и сборника статей, посвященных Сергею Лукницкому и его деятельности в области науки, искусства, журналистики, литературы. Ведь пока жива память о человеке, он продолжает жить вместе с нами. В одной из Сережиных записных книжек я нашла такое высказывание: «Достаточно одной жизни, чтобы не умереть никогда». Его жизнь была настолько насыщенной, содержательной и многогранной, что он не умрет никогда…
