Поэзия проблем не поднимает.Прогулочный себе усвоив шаг,Она, увы, не только не ломает,Но даже и не скрещивает шпаг.Не слышно звона стали напряженной...Иль нечего из ножен вынимать?Ни поразивших нет, ни пораженных...Иль не за что нам намертво стоять?Ужель и вправду, времечко такое —Блаженное! — настало наконец,Когда в объятьях лени и покояСпокойно может пребывать певец —Подвижник духа, времени глашатай?Восстань от сна! Яви себя, яви!Иль больше нет ни «полосы несжатой»,Ни светлых слез, ни счастья, ни любви?
КОКТЕБЕЛЬСКОЕ
Мы, дети северных окраин,Попав впервые в крымский рай,От роз и солнца угорали,Под соловьиный спали грай.Следы забот, приметы горяИ даже лишние годаС нас нежно слизывало море,И нам казалось — навсегда.Без восхищенья на лице мы(Уже не труженики — знать!)Лежим на камнях драгоценных,Полузабыв отца и мать....Но в сад, гремящий соловьями,В изнемогающий нектарСвалилось вдруг, как в море камень,Неподражательное «Кар-р!»Родная серая ворона,На крымской почве ставя крест,Низвергла с царственного трона,Напомнив: вечером — отъезд.
□ □ □
Шорох волн, бытовые услугиС неких пор отношу к мелочам:Слишком темные ночи на юге,Слишком тяжкие сны по ночам.За неделю (итог неизбежен)Здесь становится сердце больным:Слишком резкая разница между«Домом» здешним и домом родным.Реют запахи роз и акаций,Неумолчно гремят соловьи,А мне снятся забытые, снятся,Север, тихие избы твои.Непрощающий, горький, суровыйСнится материн взгляд пред избойИ последняя наша корова,Уводимая — да! — на убой...Я бросаюсь в штормящие волны,чтобы черные сны утопить,И теперь голове моей чернойНесмываемо белою быть.Ну так что ж! Поскорее за дело!Превращайтесь в билеты, рубли!Вдруг изба еще не опустелаИ корову еще не свели?Смейся, море, внизу голубея,Самолету, прядущему нитьСвязи с родиной... Может, успеюВсе исправить и все возвратить?Вот и вы, мои серые крыши!Сердце бьется и верить велит:Что́ морская волна не залижет,То родная земля исцелит.