В высоком служебном положении Е. П. Карпова - главного режиссера императорских театров - полиция видела надежную гарантию того, что возглавляемое им общество не допустит никакой “крамолы”, никакого “вольнодумства”. Сам же Карпов, конечно, не подозревал, что среди активных деятелей общества много большевиков. Он не вмешивался в работу общества. Подписывая очередную концертную программу, шедшую на утверждение к градоначальнику, или какой-либо другой документ,Карпов обычно приговаривал:
- Вы только, батенька, не подводите меня. На это следовал успокоительный ответ:
- Что вы, что вы, Евтихий Павлович,какможно! У нас всё в полном порядке,
В числе учредителей общества значились прославленный художник И. Е. Репин, известный драматический артист В. Н. Давыдов.
Среди “почетных членов” общества числились графиня С. В. Панина и еще несколько влиятельных лиц. Как можно было сомневаться при этом в “добропорядочности” общества! Но таков был фасад. Гораздо меньше мы афишировали то обстоятельство, что активными работникамиобществабыли большевики - Ф. И. Драбкина (“Наташа”), В. В. Гордеева, пролетарский поэт А. И. Маширов (“Самобытник”) и другие, пришедшие в эту организацию, чтобы использовать ее для дела партии.
Новое общество состояло из четырех секций: музыкальной, драматической, литературной и художественной (ваяния и живописи). Музыкальная секция, которую я возглавлял, насчитывала более ста исполнителей, в том числе многих известных певцов, пианистов, скрипачей, виолончелистов. Входили в состав секции также лекторы - музыковеды и профессора Петербургской консерватории. Таким образом, нам удалось привлечь к участию в работе общества многих видных представителей художественной интеллигенции.
Мы установили связь с рабочими клубами и по их заявкам устраивали концерты и литературно-музыкальные “утра”, собиравшие большие аудитории, иногда до пятисот - шестисот человек.
Очень серьезное внимание уделялось составлению программ. Общество пропагандировало лучшие произведения русской музыки. Так, например, наш камерный кружок выступал с циклом, состоявшим из двенадцати - четырнадцати “исторических” вечеров-концертов. Первый вечер посвящался народной песне, второй - старинному русскому романсу, остальные - русской классической музыке, от Глинки до Чайковского и Глазунова. Проводились и концерты, посвященные произведениям крупнейших западных композиторов.
Устраивая концерт, мы старались познакомить рабочую аудиторию с лучшими произведениями того или иного композитора, раскрыть прогрессивно-демократические тенденции в его творчестве. Так, например, на вечере памяти Мусоргского исполнялись песни “Колыбельная Еремушке”, “Семинарист”, “Сиротка”, “По-над Доном сад цветет”, сцены из оперы “Борис Годунов”, “Картинки с выставки”, цикл “В детской”.
Литературно-музыкальные концерты посвящались творчеству Пушкина, Лермонтова, Гоголя, Некрасова, Кольцова и других писателей и поэтов, произведения которых получили наибольшее отображение в музыке.
Проводились эти концерты обычно в зале Тенишевского училища, а также в земских школах, в помещениях рабочих культурно-просветительных обществ, даже на Бирже труда.
Важные функции выполняли пояснения к концертам. Выступали часто с этими пояснениями лекторы - большевики или близко стоявшие к большевикам. Соблюдая необходимую осторожность, они - не прямо, конечно, а иносказательно - старались показать слушателям революционно-демократическую направленность в творчестве писателя или композитора.
В то время среди интеллигенции было распространено мнение, что серьезная музыка недоступна рабочей массе, простым людям. Я решил отпечатать и раздать слушателям программы концертов с просьбой зачеркнуть то, что не понравилось, отметить то, что особенно нравится, поставить вопросительный знак, если что непонятно и т. д. В особой графе было оставлено белое поле для заметок: какая музыка вообще нравится - пение или струнная и т. д. Концерты, сопровождавшиеся сборомтакихсведений, мы называли “анкетными”.
Для массовой аудитории была организована целая серия анкетных концертов, посвященных творчеству композиторов-классиков.
Вспоминаю один из таких концертов, на котором исполнялись произведения Баха, а наряду с ними другие сочинения, в том числе некоторые легковесные песенки и романсы. В Народном доме Паниной собралось человек пятьсот. Были здесь главным образом рабочие. Результат превзошел самые смелые наши ожидания. Уже непосредственная реакция зала показала нам, что больше всего понравились аудитории произведения Баха. Это подтвердили и ответы слушателей на нашу анкету. Победил великий Бах! Его музыка была глубоко воспринята рабочей аудиторией.
Это послужило для нас ярким доказательством вздорности разговоров о том, что рабочему недоступна серьезная музыка, что ему требуютсялишь ремесленнические поделки, слащавые песенки и романсы. Нет, широкая народная аудитория требовала настоящей музыки, тянулась к подлинно высокому искусству.
