Вместо этого я провела последние три с половиной года – уже почти четыре – делая все, чтобы держаться от него подальше. Я не могла ничего поделать с тем, что на протяжении многих лет мы ходили на одинаковые уроки. Издержки профессии. Но я всегда старалась садиться настолько далеко от него, насколько могла, я никогда не разговаривала с ним, исключая мою реакцию на его разного рода самодовольные и саркастические комментарии.
Я должна была вступить в бой. Мне не следовало прятаться. Я должна была встать с колен и с высоко поднятой головой показать всем, каким злым и лицемерным человеком он был. А вместо этого я предпочла отгородиться от всей этой ситуации, главным образом из-за того, что мне было стыдно. Но теперь я не стыжусь, теперь я выгляжу совершенно иначе.
Так что сегодня я убедилась, что выгляжу настолько шикарно, насколько могу (Аманда одобрила мой макияж) и перед уроком Мистера Физера – после того как Ник бросил мне эту лукавую маленькую улыбочку (ээх) – я подошла к Мэтту и сказала:
– Я хочу поговорить с тобой после урока.
Я не добавила «если ты не против» или «если у тебя, конечно, есть время». Ничего подобного. Я просто взяла и сказала о том, чего я хочу.
Мэтт даже не взглянул на меня.
– Зачем.
Учитывая наш вчерашний разговор, в этом не было ничего удивительного.
– Потому что я хочу прояснить все раз и навсегда.
Он взглянул на меня и прищурился, будто бы мы находились в эпицентре песчаной бури.
– Кэт, просто забудь об этом, – сказал он, проведя рукой по своим взлохмаченным волосам.
– Нет. Все это и так до неприличия затянулось.
Он снова перевел взгляд на стол и покачал головой, будто вся эта ситуация выжимала из него все соки. Но я стояла на своем.
– Я подожду тебя. Это займет пару минут. Думаю, это пережить ты сможешь.
Затем я развернулась и направилась к своему месту. Я даже не дала ему шанса поспорить.
Очко в пользу Кэт.
Конечно же, я не смогла поработать и минуты над своим проектом, мои мыли были заняты другим. Я планировала, что я ему скажу. Как я встану. Что я буду делать с руками: опустить или скрестить? В какой позе я буду выглядеть более грозно?
Мистер Физер напомнил нам, что в следующую пятницу мы должны представить ему финальные черновики. Будто бы я могла думать о школе на фоне последних событий. Мне нужно было абстрагироваться от всех отвлекающих факторов. А это значит, что встреча с Мэттом была просто необходима.
Я ждала его в коридоре. Первым вышел из класса Ник. Он в плотную подошел ко мне и прошептал:
– Почему ты такая жестокая? Как можно быть такой красивой?
Я не могла сдержать улыбку. Как жаль, что я не могла отдать ему свое сердце.
Затем вышел Мэтт. Рюкзак через плечо и угрюмое лицо. Все на месте.
– Не возражаешь немного пройтись? – Когда это вылетело из моих уст, я осознала, что я не должна была спрашивать его разрешения. Я должна была просто сказать "пошли", но было уже слишком поздно.
Он не сказал ни слова, просто последовал за мной. Пока все шло хорошо. Я хотела выйти из школы и перейти на другую сторону улицы, чтобы обеспечить нам немного конфиденциальности. Я не горжусь тем, что я собиралась сказать, поэтому я не хотела, чтобы нас кто-нибудь слышал.
Но Мэтт не собирался следовать моему плану. Как только мы вышли на свежий воздух, он остановился.
– Что.
– Чуть-чуть осталось, – показала на противоположенную сторону улицы. – Это займет не больше минуты.
Я позаботилась о том, чтобы держать спину ровно. Мои идеальные сапоги позволяли мне делать широкие, уверенные шаги. Я смотрела прямо перед собой. С виду я была гораздо уверенней, чем ощущала себя на самом деле. Но Мэтту об этом знать было не к чему.
Кажется, мы ждали зеленого сигнала светофора целую вечность. Я ждала, что он скажет «забудь об этом» и уйдет. Но он не сказал ни слова, он ждал, пока я возьму командование на себя.
– Сюда, – сказала, указывая в каком-то непонятном назначении. Он молчаливо шел за мной.
Когда мы, наконец, отошли от школы, я повернулась к нему.
– Ладно, тут сойдет.
На мне солнцезащитные очки, и я не собиралась снимать их. Это было частью моей стратегии. Он не должен был видеть мои глаза.
Я так же не могла видеть его, потому что он избегал прямых взглядов. Он волнуется. Хорошо.
– Ладно, вот что я хотела сказать, – начала я. Эта часть была уже отрепетирована. – Нам вместе учиться еще полтора года, и я не хочу день за днем наблюдать за одной и той же картиной. Думаю, нам обоим очевидно, что вот уже долгое время мы не особо жалуем друг друга, но я не вижу причин, по которым мы не можем вести себя цивилизованно.
Я сделала паузу, если вдруг он захочет что-то добавить, но он промолчал. Он смотрел куда-то вдаль, будто бы это все нагоняло на него тоску, будто бы он даже не слушал.
Я продолжила свою речь.
– Поэтому у меня есть несколько предложений о том, как нам закончить школу с минимальными потерями...
Внезапно, он посмотрел прямо на меня.
– Слушай, Кэт. Почему бы тебе не начать свою речь с объяснения, почему все эти годы ты была такой сукой по отношению ко мне?
