Древний сборник индийских басен «Панчатантра» («Пять книг») был составлен в наиболее ранней редакции в III—IV вв. н. э. неизвестным автором. Первоначально он служил педагогическим целям — это была «наука житейской мудрости», по которой обучались юноши.Каждая из пяти книг памятника представляет собой самостоятельный рассказ, герои которого по ходу действия рассказывают басни, иллюстрирующие обычно то или иное поучение. Текст изобилует стихотворными вставками. Сборник написан хорошим литературным языком и является одним из лучших образцов прозы классического санскрита. Известен ряд версий «Панчатантры»: Кашмирская версия, Джайнская версия, версия Пурнабхадры и т. д.Большую помощь при составлении примечаний оказали переводчику комментарии акад. А. П. Баранникова к его переводу «Рамаяны» Тулси Даса (М.—Л., 1948).Отсутствуют примечания и приложение "объяснение стихотворных размеров" (follof).
Древний сборник индийских басен «Панчатантра» («Пять книг») был составлен в наиболее ранней редакции в III—IV вв. н. э. неизвестным автором. Первоначально он служил педагогическим целям — это была «наука житейской мудрости», по которой обучались юноши.
Каждая из пяти книг памятника представляет собой самостоятельный рассказ, герои которого по ходу действия рассказывают басни, иллюстрирующие обычно то или иное поучение. Текст изобилует стихотворными вставками. Сборник написан хорошим литературным языком и является одним из лучших образцов прозы классического санскрита. Известен ряд версий «Панчатантры»: Кашмирская версия, Джайнская версия, версия Пурнабхадры и т. д.
Созданная свыше полутора тысяч лет назад, «Панчатантра» является выдающимся памятником не только индийской, но и мировой литературы. Она давно уже вышла за пределы своего первоначального назначения и стала одной из популярнейших и любимых книг в Индии, где легла в основу ряда позже возникших индийских сборников рассказов («Хитопадеша» и др.). В многочисленных обработках и пересказах этот памятник получил широкое распространение и за пределами Индии. Уже в VI в. делается перевод «Панчатантры» на пехлеви. Арабский пересказ последнего, широко известный под заглавием «Калила и Димна», в свою очередь, подвергается многочисленным переделкам. Благодаря греческому переводу «Стефанит и Ихнилат», эта книга стала в XIII в. известна на Руси, а латинский перевод познакомил с ней Западную Европу. Достаточно сказать, что насчитывают свыше двухсот переводов «Панчатантры» более чем на шестидесяти языках.
Недавняя постановка в Индии балета «Панчатантра», представляющего собой инсценировку второй книги сборника, — еще одно свидетельство популярности, которой по сей день пользуется этот памятник у индийцев.
До настоящего времени на русский язык была переведена лишь часть «Панчатантры»[1]. Данное издание, предпринимаемое Академией наук СССР, содержит первый полный перевод на русский язык этого выдающегося памятника индийской литературы. Оно поможет нашим читателям еще лучше ознакомиться с замечательной культурой дружественного нам великого индийского народа.
Светлой памяти матери Мириам Вениаминовны Сыркиной-Нейман посвящаю свой перевод
Настоящий перевод сделан с текста одной из наиболее полных версий «Панчатантры» — версии Пурнабхадры, критически изданной И. Хертелем (The Panchatantra. Text of Purnabhadra, ed. I. Hertel. Harvard Oriental series. Vol. 11—12, Cambridge Mass., 1908—1912).
Ставя себе задачей дать по возможности точный литературный перевод памятника, а не подстрочник, переводчик отказался в большинстве случаев от сохранения характерного для санскритского строя предложения порядка слов, позволил себе разбить некоторые чрезмерно длинные периоды на отдельные предложения (например, в описании царствования Пингалаки). При передаче отдельных неясных мест подлинника, не преодоленных до конца и другими переводчиками (Das Pancatantram, iib. von R. Schmidt, Leipzig, 1902; The Panchatantra, transl. by A. Ryder, Chicago, 1942), были учтены толкования и конъектуры Т. Бенфея, О. Бётлингка, И. Хертеля.
Некоторые слова переведены условно. Это относится, например, к передаче ряда слов из животного и растительного мира. Там, где найти приблизительный эквивалент в русском языке оказывалось невозможным, имена остались без перевода, с ссылкой на примечания. Не удалось передать и богатую синонимику языка подлинника в названиях животных (слон, лев, шакал, верблюд, змея и т. д.). Принципы перевода стихов изложены ниже в «Объяснении стихотворных размеров». Здесь отметим лишь, что передача отдельных поэтических приемов (например, в 50-м и 147-м стихах I книги, целиком построенных на игре слов, или в 69-м и 234-м стихах I книги, представляющих собой сплошную звукопись) была не под силу переводчику, и все такие случаи приведены и разобраны в примечаниях.
В примечаниях также дается перевод собственных имен, как правило, прозрачных по этимологии и часто связанных с характеристикой героя (в особенности в 17-й и 26-й баснях I книги и 4-й басне V книги). В самом тексте собственные имена не переводятся.
Настоящий перевод «Панчатантры» был начат во время занятий санскритом в Московском Государственном университете под руководством проф. Михаила Николаевича Петерсона, которому переводчик приносит свою глубокую благодарность.
