– Нет, Щербак. К ним мы не сунемся. Нас мало, неизвестно, чего от этих крыс подземных ожидать. Возьмем его с собой в качестве языка.
– Вы не знаете, с кем связались, дурни. – Чужак злобно ощерился. -Лучше бы вам свалить туда, откуда пришли. Мы вас не трогали…
Димка смерил его презрительным взглядом.
– Ну, значит, мы вас тронем. Пойдешь с нами на Базу. Там ты все выложишь.
– А ты не пошел бы ты на…
Димка, не обратив внимание на ругательство, снял с его пояса коробочку, оказавшейся рацией.
– Хорошая у тебя игрушка. Как работает?
– Она закодирована на мой голос. В правилах безопасности. Вы не сможете связаться с нашей базой, если процедура идентификации голоса не пройдет успешно.
– А помочь нам ты, надо полагать, не стремишься?
– Могу только послать тебя еще раз…
Щербак нетерпеливо затоптался, как ретивый конь.
– Димка, хватит с ним трепаться. Он ничего не выложит.
Васильев выпрямился, повернулся к нему.
– Слушай, Щербак. Можно связаться с нашими с помощью этой рации? Как думаешь?
Щербак подошел, взял в руки рацию пришельца. Покрутил, пробежался по клавишам.
– Хммм… Здесь действительно голосовая защита. Впрочем, можно сбросить настройки и заново пройти процедуру идентификации голоса. Если это сделаю я или ты, система запомнит первый услышанный голос. Без проблем. Нужно лишь сбросить перемычки, заложить в память новый голос и настроиться на нашу частоту.
– Давай, настраивай. Уже вечер. Комбат рвет и мечет, наверное.
Щербак несколько минут поколдовал с настройками.
– Готово.
– А связаться с их Базой мы сможем?
– Извини, Дима. – Щербак виновато пожал плечами. – Я уже сбросил настройки. Частоту можно узнать только у этого,- он кивнул в сторону пленного.
Димка отошел в сторону, вышел на связь со Стрелкой. Что-то буркнул в рацию. Еще раз. Потом заговорил громче, уже раздраженно. Антон заметил, что чужак начал прислушиваться к разговору, но Васильев предусмотрительно отошел подальше, чтобы тот не услышал. Наконец, он вернулся. Лицо у него было раздосадованное.
– В общем так, братцы кролики. Я говорил с Комбатом, доложил про обстановку. Как он услышал про БРДМ, так кипятком мочиться стал. Я думал, рация перегорит, как он орал… Ну тут уж ничего поделаешь. Уже стемнело, к тому же, идет ливень, так что катер на Обуховскую оборону он пришлет только завтра утром. В восемь утра мы должны быть на пристани выше Володарского моста. Это недалеко отсюда.
Щербак и Антон опешили.
– Как завтра утром?
– Ничего не попишешь. В такую погоду мы никуда не уйдем… Ничего, переночуем где-нибудь поблизости. Жилплощадей здесь навалом, выбирай любую хату. Завтра утром отправимся на базу, в компании вот этого субъекта, конечно, – Димка кивнул на злобно уставившегося на него чужака. – Щербак, отойдем пошептаться. Антон, не спускай с него глаз.
Они отошли в коридор, закурили. Чужак проводил ушедших взглядом. Цепко, внимательно всмотрелся в Антона, впитывая каждую деталь. Затем спросил.
– Откуда вы пришли?
Антон поколебался, не зная, говорить или нет. Затем решил, что хуже не будет.
– Мы со Стрелки. Васильевский остров.
Тот присвистнул.
– Далеко ж вы забрались, ребята. И чего вы здесь забыли?
– Вернемся на базу, узнаешь…
– Ну-ну. – Чужак мрачно цедил слова, криво усмехаясь. В его взгляде не было страха. Лишь чистая злоба. Нет, он не боялся. Он лишь ждал удобного момента, чтобы нанести ответный удар…
Левченко отвел взгляд – выдерживать почти физическое давление серо-стальных глаз было слишком тяжело. Волевой человек, расколоть такого, наверное, и Комбату будет трудновато, подумал Антон.
Димка вернулся, подошел к Дарию, отщелкнул наручники и застегнул их снова: один браслет надел на запястье чужака, другой – на своё, приковав пленника к себе.
– Теперь никуда не денешься, – констатировал Димка. – Двигаем отсюда. Заночуем где-нибудь подальше отсюда.
Они приблизились к вертушке на входе, и остановились в нерешительности – на улице кипело адское варево, состоявшее из струй воды и ветра. Выходить смертельно не хотелось, однако, Димка, командир отряда, уже давно принял решение, и менять его не собирался.
– Вы делаете ошибку. – заорал чужак. – Ночью выходить на улицу это безумие!.
– Топай, топай.- подбодрил Димка, дергая скованной рукой.
– Я серьезно. Ночью на улицу выходят лишь самоубийцы. Эти твари… мы называем их охотниками. Они не выносят дневного света. Появляются только ночью, из подвалов, расщелин в земле. Отовсюду, где они дремлют ночью. Прошу вас, надо вернуться.
– Ты оглох? Я же сказал, что мы не останемся в здании института на ночь. Твои друзья будут рады увидеть тебя снова, не сомневаюсь. Наверняка тебя уже хватились, так? Пока что отложим трогательный момент встречи.
– Дима, он прав.- встрял Щербак. – Ночью идти по улице это уже слишком…
Васильев и сам не собирался передвигаться в темноте. Он лишь выбирал подходящий для ночлега дом. Натянув капюшоны, разведчики выскочили на улицу и побежали, как ошпаренные, наискось пересекая Софийскую площадь. Они забежали в подъезд одной из девятиэтажек на улице Белы Куна, рядом с площадью.
