За три квартала до спортивной арены толпа сгустилась, и бежать стало невозможно. Группа замедлила ход до шага. Эллиот, наконец, отдышался и достал длинную палку, которую прежде держал за поясом. Осторожно развернув плакат, он прикрепил его к концу палки и передал моток изоленты своим спутникам. По очереди они подняли вверх объявления. На плакатике Эллиота было написано: «Роуз Шапиро». В воздухе над стягивающейся к спортивной арене людской массой плясали тысячи подобных щитов.
Десмонд не успел обдумать план побега до конца, — на бетонной площадке послышались шаги группы людей. Топот ботинок раздавался все ближе. Сначала он смахивал на беспорядочный бег, затем раздался какой-то скрип и приглушенные голоса. Десмонд узнал лишь один голос.
Снова шаги — на этот раз одиночные.
Дверь контейнера со скрежетом открылась. В темное пространство хлынул свет. Десмонд прищурился, прикрыл глаза рукой.
Эйвери!
Блондинку окутывала тень, но Десмонд успел заметить на ней плотно прилегающий бронежилет. Она выглядела как героиня комиксов, в опущенной руке — пистолет, на лице — сожалеющее, даже извиняющееся выражение.
— Так было нужно, — сказала она.
На лице Десмонда не шевельнулся ни один мускул.
— В ЮАСП мы бы ничего не узнали. Это был тупик.
Эйвери сделала паузу. Десмонд по-прежнему ничего не ответил.
— Таков был мой запасной план. Нам необходимо вернуться в «Китион». Я знала, что в доме нас ждет тактическая группа.
— Могла бы и мне сказать.
— Нужно было, чтобы они поверили.
— Как поверили в реальность побега мы?
Молчание Эйвери подтвердило догадку.
Десмонд с самого начала подозревал, что их побег с «Кентаро Мару» был подстроен. Теперь сомнения отпали.
— Мне дали сбежать, чтобы я вывел их и тебя на Rendition?
— Да, это — последний недостающий компонент «Зеркала». — Эйвери отошла в сторону от контейнера. — Я тоже рисковала. Не хотела выносить вопрос на обсуждение, потому что знала — других вариантов не существует. На совещания и голосования не оставалось времени. Получилось даже лучше, чем я надеялась. — Блондинка жестом предложила Десмонду выйти. — Идем, сам увидишь.
Напротив стоял еще один контейнер, за открытыми тяжелыми железными створками виднелись стопки картонных коробок на поддонах. Ближайшая коробка была вскрыта. В ней находились сотни продолговатых портативных устройств размером примерно в половину сотового телефона, но чуть толще.
Эйвери протянула одно из них.
— Автоматический инъектор.
Блондинка указала на еще одну коробку с баллончиками, наполненными углекислотой, — маленькими, круглыми, похожими на пульки, которыми Десмонд стрелял в детстве из воздушного ружья.
— Шприц использует давление углекислоты.
Третья коробка была наполнена ампулами. Эйвери вставила баллончик с углекислотой и ампулу в шприц.
— Это — лекарство. Я надеялась, что если нас задержат в Австралии, то поместят на такой вот склад. — Она подождала ответа, однако Десмонд опять промолчал. — Мне больше ничего не оставалось, Дез. Других вариантов просто не было.
Он взял у Эйвери аппарат. Неужели им улыбнулась удача? В его руках находился ключ к спасению Пейтон, миллиардов других людей. И все же о ней он думал в первую очередь. Как страшно потерять ее или второй шанс. События последних двух недель развивались слишком быстро, он не успел их переварить. Теперь все навалилось сразу. Найдено противоядие, а заодно — шанс покончить с «Китионом». Стирая память, Десмонд пошел на великий риск, однако следы, которые он оставил для себя, вывели его на цель — в это место и к этому поворотному моменту. Настало время довести дело до конца.
Эйвери просит у меня прощения, догадался Десмонд. Между ними существовала какая-то глубинная связь, но он ничего не помнил, — ощущение не из приятных.
Десмонд взглянул на девушку, все еще не в силах что-либо сказать.
— Другого способа вытащить тебя с корабля не было, — повторила она. — Как и добраться до этого места, до лекарства. Я могла проиграть, но я пошла на риск ради тебя и ради выполнения задания. Скажи, что ты понял. Пожалуйста.
Тишину нарушил кашель — приглушенный, болезненный звук. Не навязчивый и досаждающий, а предсмертный, словно набат, напоминающий, что время вот-вот истечет.
— Да, я все понимаю, Эйвери.
Блондинка не улыбнулась. Она отвела глаза в сторону, как будто ответ показался ей неискренним.
Десмонд и не собирался прощать, он все еще не мог полностью довериться Эйвери. Тем более в настоящий момент его мысли занимала Пейтон. Нельзя было медлить ни секунды.
— Среди нас есть те, кому оно требуется.
Десмонд отпер замок соседнего контейнера и со скрежетом открыл железную дверь. Пейтон лежала на полу, щурясь на яркий солнечный свет. Она с большим трудом села.
Десмонд передал Эйвери автоматический шприц, вошел внутрь, сгреб женщину в охапку, как тряпичную куклу, и вынес наружу. Доктор была измотана длительным перелетом, голод и болезнь медленно подтачивали ее здоровье.
