— И вы думаете, что технологии, которые берется финансировать Icarus, позволят постичь эту истину?
— Я готов поспорить на собственную жизнь.
Пейтон снова задремала, как вдруг ее разбудил шорох в области прикроватной тумбочки. Она застыла от страха, прислушалась, но звук прекратился.
И опять — какое-то движение на крышке стола.
Дрожь.
Под лампой что-то светилось, слабый свет отражался от потолка.
Пейтон вздохнула, схватила свой мобильник и проверила время — 3:35 утра. Звонили с незнакомого номера, код страны — 41, Швейцария.
Она без дальнейших колебаний ответила на звонок.
— Пейтон, извини, что разбудил, — произнес Йонас Беккер.
Немецкий эпидемиолог возглавлял группу быстрого реагирования при Всемирной организации здравоохранения. Пейтон занимала похожую должность в Центре по контролю и профилактике заболеваний. Оба десяток раз работали вместе в зонах эпидемий, и за это время между ней и Йонасом сложились крепкие дружеские отношения.
— Ничего страшного, — ответила Пейтон. — Что случилось?
— Я только что отправил тебе сообщение электронной почтой.
— Погоди.
Босые ноги еще раз быстро зашлепали по деревянному полу. Прибежав в спальню-офис, Пейтон села за дешевый столик, запустила ноутбук, активировала VPN-связь и дистанционно подключилась к своему терминалу в ЦКПЗ.
К сообщению были прикреплены несколько фотографий, доктор внимательно рассмотрела каждую.
— Вижу, — наконец сказала она.
— Их несколько часов назад прислали из кенийского министерства здравоохранения. Снимки сделал врач сельской больницы в Мандере.
Пейтон никогда прежде не слышала о Мандере. Она открыла Google Maps и нашла местоположение городка — северо-восток Кении, на стыке границ с Сомали и Эфиопией. Хуже места для вспышки эпидемии трудно себе представить.
— Очевидно, какая-то разновидность геморрагической лихорадки, — продолжал Йонас. — В этом регионе распространен вирус Рифт-Валли. А также Эбола и Марбург. После вспышки Эболы в Западной Африке все относятся к таким вещам крайне серьезно. Мне уже звонили из приемной генерального директора.
— Зарегистрированы пока только эти случаи? — спросила Пейтон.
— На данный момент — да.
— Что о них известно?
— Мало что. Все трое заболевших приехали из западных стран.
Пейтон насторожилась.
— Двое, что помоложе, — американцы, недавние выпускники Университета Северной Каролины в Чапел-Хилл. Приехали в Кению по заданию какого-то стартапа. Третий — из Лондона, работает на британскую компанию, устанавливающую радиолокационные системы.
— Какого рода?
— Для управления воздушным движением. Заболел во время работы в аэропорту Мандеры.
— У них там есть аэропорт?
— Одно название. Всего несколько месяцев назад он представлял собой грунтовую взлетно-посадочную полосу. Правительство приложило руку: сделали твердое покрытие, установили оборудование поновее. Открытие состоялось на прошлой неделе.
Пейтон потерла виски́. Действующий аэропорт в очаге вспышки заболевания — кошмарный сценарий.
— Мы наводим справки насчет аэропорта: плотность полетов, кто приезжал на церемонию открытия, работают ли там другие иностранцы. Уже подключили англичан. Там сейчас восемь сорок утра, они свяжутся с родственниками и коллегами британца. Решать, помещать ли их в карантин, будем, когда станет известно, как давно он уехал в Кению.
Пейтон быстро прочитала текст сообщения, пометив для себя имена и фамилии двух американцев.
— Мы начнем отрабатывать американцев, посмотрим, не получится ли выявить хронологию: где они побывали, как долго находились в стране. Что еще можно сделать?
— Пока все. Кенийцы не просили о помощи, но, если дела пойдут, как в Западной Африке, помощь им понадобится — и не маленькая.
Это в первую очередь означало деньги и снабжение. Во время вспышки Эболы в Западной Африке ЦКПЗ отправил сотни сотрудников и предоставил снаряжение, в том числе средства индивидуальной защиты, тысячи мешков для трупов и несчетное количество полевых диагностических комплектов.
— Я поговорю с Эллиотом, — предложила Пейтон. — Подключим Госдеп и АМР[4].
— И еще. У нас только что был инструктаж по мерам безопасности. Округ Мандера — очень неспокойное место. В этом районе действует террористическая группировка «Аш-Шабаб» — под стать ИГИЛ, не любят американцев. Если они пронюхают о вашем приезде… Мы прилетаем в Найроби сегодня поздно вечером, могли бы дождаться вас, чтобы выехать на север Кении вместе в сопровождении местных военных.
— Мы вряд ли доберемся туда до воскресенья.
— Ничего, мы подождем. В Найроби тоже много дел.
— Прекрасно. Спасибо, Йонас.
— Счастливого пути.
