По пляжу шёл высокий мужчина, и я его мгновенно узнала, это был тот самый, который проводил меня до купе, когда я чуть не упала, пьяная, направляясь к себе из уборной.
Он был очень хорош собой, силён, мускулист, и я его сравнила с Димкой.
А красавец углядел нас, и направился прямиком в нашу сторону.
- Привет, - подошёл он к нам, и вид при этом у него был весьма наглый.
- Чего тебе надо? – довольно грубо осведомился Яцек, - пошёл к чёрту! И отвали от моей жены!
- Я всегда буду вашей тенью, - спокойно ответил красавец, и посмотрел на нас, - привет, - и кивнул мне, - каблуки больше не мешают?
- Я сейчас трезвая, - мягко улыбнулась я.
- Я Кшиштоф Каминский, - представился этот мачо.
- А я Эвива, а мой муж Максим.
- Очень приятно познакомиться, - с усмешкой сказал Кшиштоф, и я вдруг заметила, что Маша залилась краской.
Кажется, это он терзает её сердечко, растерянно подумала я.
А он хорош, просто ожившая картинка, у Машки губа не дура. И что-то в нём такое есть, что просто завораживает.
Красавец молча кивнул, и пошёл куда-то в сторону, а меня мороз по коже пробрал.
- Это же он! – возбуждённо воскликнула я.
- В чём дело? – поднял бровь Макс.
- Это он спрашивал Барбару!
- Ты в этом уверена? – ошеломлённо воскликнула Маша.
- А я не удивлён! – со злорадством воскликнул Яцек, - я тебе давно говорил, что у этого ублюдка рыльце в пушку.
- Потому я сейчас с тобой, а не с ним, - пошла пятнами
Маша, - чего ты к нему привязался? Я же за тебя замуж вышла!
- Но он постоянно крутится около тебя!
- Перестаньте! – прикрикнул на них Максим, - успокойтесь, а ты объясни, - кивнул он мне, - ты вообще уверена, что это его был голос?
- Уверена! Абсолютно! На все сто процентов! Я потом в уборную пошла, мы спать собирались, и обратно споткнулась на каблуках. Помнишь, я тебе ещё в поезде сказала, что где-то слышала этот голос? Короче, я чуть не упала, и поезд качнуло, и я пьяная на шпильках. А он меня подхватил, и довёл до купе. Мы перекинулись парой слов, и я запомнила его голос, а потом голову ломала, где его слышала.
- Думаешь, это он Барбару? – задумчиво проговорил Макс.
- Он её спрашивал, искал, и даже угрожал. Помнишь рассказ тех пьяных?
- Помню, - Макс посмотрел на море, а я украдкой на Машу.
У неё глаза были несчастные, надо с ней поговорить, но только так, чтобы Яцек и Максим не слышали, наедине.
Мне стало её чисто по-человечески жаль. Я сама влюблена, да что там, просто сгораю от любви, и от этого страдаю.
Я не хочу, чтобы ещё кто-то так же страдал, и должна всё выяснить.
Мы легли рано, Макс стал приставать, а мне уже ничего не хотелось. Почему-то после расставания с Димой во мне что-то угасло. Я по-прежнему люблю секс, но после ночи с Максом я прыгала в объятья Димы, и теперь занимаюсь этим нехотя, и невольно сравниваю их.
Но я уступила ему, а потом заснула в его объятьях.
Утро встретило нас солнышком, вставать спозаранку мне категорически не хотелось, и я банально проспала до одиннадцати часов.
Зевая, приняла прохладный душ, потом выпила чашку кофе с булочкой. Очень хотелось овсянки, но не было желания её варить, а из пакетика я ни за что в жизни есть не стану.
Макса я не нашла, он куда-то ушёл, а на террасе я увидела Машу. Она курила сигарету, облокотившись о перила, и вид у неё был грустный.
Я засунула руки в карманы джинс, и подошла к ней.
- Привет, - просто сказала я, - как твои дела?
- Нормально, - отвела она глаза.
- Послушай, пойдём на пляж, у меня к тебе серьёзный разговор.
- На какой предмет?
- Пошли, - потянула я её за собой.
Мы прошлись по пляжу, и я плюхнулась на дюну, щёлкнула золотой зажигалкой, и выпустила изо рта колечко дыма.
- Холодно тут сидеть, - опустилась на песок Маша, - ещё настудим себе что-нибудь.
- Что у тебя было с Каминским?
- При чём тут Каминский? – она вся вспыхнула.
- Ты его любишь?
- Слушай, не лезь ко мне в душу! – возмущённо воскликнула она, и встала с места, но я ухватила её за руку.
- Я только помочь хочу. Я сама влюблена, и влюблена взаимно, но я не могу быть своим любимым, он ещё тот бандит. Он постоянно бегает за мной, и я родила от него дочь, и страдаю от любви. А какая у тебя история?
- Не менее печальная, - она опустилась обратно на дюну, - я тоже взаимно влюблена, и очень страдаю. Я так люблю его! – она закрыла лицо руками.
- Расскажи, - коснулась я её руки, - давай.
Маша вдруг расплакалась, уткнулась в моё плечо, всхлипывая, стала рассказывать о её взаимоотношениях с Кшиштофом.
