Еще одна деталь. Наше поведение во многом определялось группой «Madness» — как вели себя на концертах их поклонники, как они себя вели на сцене. Эта энергия ловилась. Мы не знали, о чем они поют, тогда еще никто не знал английского языка, никто не делал переводы. А ловилась энергия, подача. Она завораживала. И мы интуитивно это воспринимали и выражали точно же, так как и на Западе. Поэтому языковой барьер не служил проблемой. Я вообще не понимаю, что такое "русский рок". Рок-музыка — она рок-музыка, на каком бы языке ее не пели. А русский рок — это что-то бардовское и слегка приблатненое, сыгранное на электрических инструментах в манере рок-музыки.
В те времена мы, Панк-рокеры, не были драчунами. Мы пытались противопоставить себя хиппи, что мы круче них своей развязанностью, что мы сможем сделать то, что они никогда не смогут сделать, что мы освобождены от комплексов. А сейчас другая ситуация. В те времена было все проще. А сейчас у народа по жизни проблем много — эти инфляции, политические ситуации давят. А тогда ничего было нельзя, это было в 100 раз интересней. А сейчас, когда все можно, это менее интересно. Наркотиков было меньше. Мы пили алкоголь, сухое вино, пиво, и от этого было весело. Сейчас используются тяжелые наркотики, нагоняется мрак какой-то, монотонность. Люди зомбируются.
Ольга: Когда и при каких обстоятельствах образовалась группа "Народное ополчение"?
Игорь: Образовалась в 1982-м, я там играю с 1985-го. Были домашние записи, магнитоальбомы.
Костяк составляло 3 человека Федя «Бегемот», Ослик и Алекс Оголтелый. Тогда музыкальная деятельность могла выражаться только в записях, потому что с концертами (тем более таких групп) в советское время было бесперспективно.
В 1985 году был записан двойной альбом «Новогодие», потом в 1986-м — альбом «Война», а в 1987-м году собрался плотный коллектив, который составляли Алекс — вокал, Вадим Снегирев на бас — гитаре, Леша «Микшер» — на барабанах, я, соответственно, на гитаре. Мы выступили в рок-клубе в 1987-м и начали плотно гастролировать.
О: Как ты узнал о существовании группы?
И: О существовании узнал давно еще. Будучи маленьким мальчиком, лет в 15, наверное. Не думал никогда, что попаду туда. Казалось, такие крутые ребята. Просто по рукам ходили записи, и ко мне попали.
В 1985 году меня попросили участвовать в записи. Там очень много людей писалось. Там даже Густав из «Кино» на барабанах был.
Вообще, в "Народном ополчении" переиграло человек 60.
О: Можно сказать, что "Народное ополчение", как «АУ», где Свинья — бессменный лидер, а остальные люди вокруг его творческого начала группируются?
И: Ну, да.
О: А какую музыку тогда слушали? Легко было достать записи?
И: «Exploited», "Public Image Limited" — пластинки ходили.
О: Сначала в рок-клуб вас не принимали?
И: Сначала не хотели принимать. У нас была программа про Брежнева, в основном. И что-то побаивались, а потом приняли — вроде как перестройка началась.
О: То есть, 1987 — уже особого давления со стороны власти не было?
И: Да.
О: А до этого?
И: Конечно. В КГБ вызывали — Федьку, Алекса. Федор сказал даже, что все заиси уничтожил, а сам их перепрятал. И не безосновательно, потому что прямая угроза была.
О: А песни у вас какого плана были?
И: "Брежнев жив":
Есть надежда, есть надежда,
Что будем жить, как прежде.
Есть надежда, есть надежда,
Что снова будет Брежнев.
О: Потом вы вступили в рок-клуб, появилась возможность давать концерты. А где вам концерты рок-клуб устраивал?
И: В Петропавловске играли, в Бресте, в Камчатке, в Бердянске.
О: И как вам там принимали?
И: Принимали хорошо. А тогда всех так принимали. Людей ходило много. Были даже фанаты.
О: Какие воспоминания тех лет?
Таня (жена Игоря): Как-то скупили весь одеколон, Алекс выпил — горло сжег и петь не мог.
И: Первый концерт был в 1986 году. Конкурс комсомольской политической песни. Все там комсомольцы с акустическими гитарами. А тут Панк-рок такой… Песня "Атомный вальс" с саксофонами. Народ в шоке был, конечно. Весело очень.
Таня: И пока все от шока не отошли, мы оттуда бегом, пока морду не набили
И: Причем саксофонисты играть на саксофонах почти не умели, но дули одновременно и было очень весело. Один из них стоял на маленькой табуреточке.
О: А как удавалось в условиях обыденной советской действительности быть панком, внешне как-то отличаться от окружающих обывателей?
И: Интересно. На самом деле, постоянно в милицию забирали. Хотя сейчас не понятно за что — просто за внешний вид, хотя там не было чего-то такого.
Таня: Сейчас все так ходят. А раньше просто выходишь из метро — хоп, в машину и увезли.
О: И какие обвинения предъявляли?
Т: Стрижка не такая как у всех.
И: Мелкое хулиганство.
О: А как еще ваш Панк-рок внешне выражался?
И: Какие-то костюмчики старенькие 56 размера, кирзовые ботинки, драные кеды, булавки… цепочки на джинсах, кучи значков всевозможных.
