Тихие места. Целый лес пустоты. Ни на одной карте нет тропинки через него. Он находится в далёких землях где мало кто живёт. Он находится на окраине, дальше только пустота. Но на столько ли он пуст? Может, он скрывает нечто большее?
Annotation
Тихие места. Целый лес пустоты. Ни на одной карте нет тропинки через него. Он находится в далёких землях где мало кто живёт. Он находится на окраине, дальше только пустота. Но на столько ли он пуст? Может, он скрывает нечто большее?
Хачатрян Арсен
Хачатрян Арсен
Панночка помэрла
Хоть солнце и ослепляло его, Алекс всё-таки смог заметить вдалеке фигуры. Пять, нет шесть тел одновременно скорчились вокруг чего-то. Все в белом, свитера доходили им до колен, а рукава болтались ещё ниже. Естественно белый цвет бледнел, переходя в беспорядочных пятнах все ниже, превращая, белоснежный сначала в желтоватый, а потом и вовсе в грязно коричневый, наверняка это всё лишь пятна от грязи. Их лица, точнее тех, которые он видел, были тоже перемазаны грязью, а волосы слипались всё в той же грязи, но были ещё и мокрые. Алекс не спешил, аккуратно выглядывал из-за дерева, его никто не видел.
Девушки в том кругу стали по очереди повторять: Панночка помэрла, как последняя буква сорвалась с уст концевой в очереди они так же беззаботно, прошептали: Будем её хоронить. И снова по кругу, но уже на тон громче: Пусть её хоронят черти! И угасая ноты, последний слог уже был тише шёпота: Легче пуха. Они резко, как пёрышко, подняли обезглавленный и безрукий труп. Алекс прикрыл рот рукой. Из шеи трупа густой каплей тянулась кровь прямо на голые коленки одной из дам.
Взгляд девушки что была дальше всего прорезал Алекса стремительным лучом. Он не успел разглядеть её глаза, сразу спрятался за дерево. Шёпот обдал всю группу, и послышался шорох. Рука сама скользнула на пистолет, однако он его не выну. Алекс вышел из-за дерева, девушки стояли рассеянной толпой и не думали приближаться. Поднявшись было видно, что рукава такой длинны были не с проста, это смирительные рубашки, и они как грязным мешком на грязных телах свисали вниз. Свисали до самых колен, и одни колени были в крови, Алекс сглотнул, вспомнив ту картину.
- Добрый день, - он так и не убрал руку с кобуры - как вас сюда занесло?
Они молчали. Одна, та что в крови, наклонила голову набок и сделала шаг к нему. Алекс тоже сделал шаг, только назад, и уже пожалел, что сразу не сбежал. Этот лес необычный, нет, тут нет магических аномалий, нет и трёхглавого пса, охраняющего врата, просто в этих местах нет ни единой тропинки, ни у кого. В этих краях не ходят ходоки, и торговцы, не ходят кочевники, и переселенцы, если кто и ходит, так это только бандиты либо искатели, искатели чего угодно.
Она сделала ещё один шаг, за ней ступили остальные. Алекс достал оружие, так чтобы они увидели, но они даже не хотели замедляться. Он развернулся, там тоже были они. Полукольцо сжималось решительно быстро, и выход не заставил себя ждать. Он выбежал, спотыкаясь об ветку, выбежал через единственный пробел, по правую руку. Он бежал не к выходу из этого леса, не к тропинкам, которые окружали это пустое пятно на карте, тропинки обводили его и уходили подальше, словно эта земля прокажена. Они отделили его от того места, с которого он пришёл. Он мог свернуть, но не делал этого, перед собой он видит всё, а поворачивать в ловушку он не хотел. Он мог обернуться, может за ним вовсе никто и не бежит, и он зря тратит калории? Но если всё-таки бежит, то обернуться значит быть следующим в списке обрезания головы.
Он бежал и бежал. Его подгоняли мысли о той крови что стекала по коленке, о той невозмутимости с которой они всё делали. Но мысль о том, что таких "людей" тут много раза в четыре умножала объём его лёгких. Но и он когда-то кончается. Алекс потихоньку сбавлял темп, пока он не спустился до обычной ходьбы. Он повернулся и шёл спиной. Обычный лес, гордый зяблик сидел на ветке выпучив всю красоту перьев он скрежетал свою мелодию. Прямо под ним доцветала клюква, раскинув кусты вразнобой по всей поляне куда только глаз может дотянуться. Алекс продолжал идти спиной, прислушиваясь ко все звукам, хотя зяблики (к той сольной песне почти сразу подключились ещё две птицы, и это трио Алексу было по душе, хоть сейчас и не до этого) старательно мешали ему.
Пятка Алекса встретила препятствие, но быстро сломила его с тихоньким лязгом. Препятствие так быстро ушло что нога не успела найти новую опору, а сухой грунт буквально посыпался под ней. Всё тело пошло за спиной и быстро встретило остальной забор, который отстаивал свои убеждения и напрочь отказывался удерживать Алекса. На этот раз лязг отдал угрюмое эхо куда-то вниз продолжая медленно падать вместе с Алексом. Он схватился за трубу, но она тут же поддалась ему и сухой грунт отпустил её. Неожиданно мягко падение завершилось. Алекс наблюдал как облако лениво переползает тот длиннющий просвет в деревах, который выходил далеко за пределы зрения Алекса, по правую и по левую руку.
