Я ещё раз попытался активировать Смещение, и у меня снова ничего не вышло. Понять бы, как эти ублюдки смогли такое провернуть. Изначально, когда я только обнаружил отсутствие интерфейса, в голову пришла мысль, что рядом находится человек, имеющий способность подавлять его. Но сейчас поблизости никого нет. Да и сложно представить, что кто-то может держать способность активной на протяжении столь длительного времени. Остаётся один вариант. Скорее всего, причиной потери контроля над способностями является гадость, которую мне вкололи разбойники.
Тем временем наступила ночь. Сквозь огромные дыры на крыше я смог наблюдать за взошедшей луной. Поначалу меня напрягало нахождение в подвешенном положении. Да что там напрягало. Это реально больно. Верёвка, которой уроды связали мои руки, перетёрла в кожу и впивалась в неё все сильнее при каждой попытке освободиться. Только сейчас я осознал, насколько крутая способность мне досталась в самом начале испытания. Регенерация выручала меня во многих ситуациях. И вот сейчас она не работает. Постепенно мне удалось привыкнуть к боли и даже смириться с ней. Все мои мысли сосредоточились на поиске выхода из сложившейся ситуации. Но чем дольше я висел, тем больше понимал, что выхода просто не существует. В какой-то момент у меня осталось лишь одно желание. Поскорее увидеть ублюдка Дьякона и плюнуть в его уродскую рожу. Я практически смирился с неизбежной смертью и поблагодарил судьбу за то, что Ками и парни смогли избежать моей участи.
Звук шагов, разнёсшийся эхом по пустому помещению, заставили меня раскрыть глаза. Последние несколько часов я находился в полубессознательном состоянии, отрешившись от всего окружающего и оставшись наедине с частицами. Эти удивительные создания так и не вернулись к исходному состоянию. Они замерли подвешенными в пространстве, постепенно теряя своё свечение.
Мужчина, приблизившийся ко мне, выглядел обычным человеком. Я бы дал ему лет пятьдесят. Под распахнутой курткой мне удалось рассмотреть огромный уродливый шрам. Хотя нет. Скорее клеймо. Череп, обмотанный цепью. Сделанный крайне неаккуратно и оттого выглядящий достаточно мерзко. Но больше всего остального моё внимание привлекли глаза этого человека. Глубокого синего цвета. Они словно подсвечивались изнутри. Раньше мне уже приходилось наблюдать подобный эффект. Такие глаза бывают у магов.
– Так вот, значит, как выглядит человек, убивший четырнадцать преданных мне людей.
Дьякон, а это точно был он, остановился в паре метров от меня и внимательно осмотрел.
– Ты меня очень огорчил, парень. – Лицо бандита исказила безумная улыбка. – Теперь придётся тебя наказать.
Когда урод сделал шаг в мою сторону, я попытался ударить его связанными ногами. Нужно признать, получилось откровенно плохо. А уже в следующую секунду мне в ногу вонзился кинжал, пробивая её насквозь.
– Ты делаешь только хуже. – Прорычал главарь разбойников. – Хотя я тебя понимаю. И ты ведь всё понимаешь. Уже осознал, что сдохнешь здесь? Догадался, что никто тебе не поможет?
Я попытался плюнуть в морду урода, но он с лёгкостью уклонился, а затем коснулся меня своей ладонью. Острая боль прокатилась по всему телу, по каждой его клеточке. Такой боли я не испытывал со времени прохождения эволюции. Она пробежала по мне, затронув каждое нервное окончание. Всё резко прекратилось, когда Дьякон убрал свою руку.
– Ну, как тебе? – Довольная ухмылка на его роже заставила меня крепко сжать зубы. – А ведь это только начало. Ты станешь просто отличным подопытным для моих экспериментов.
Следующие несколько часов превратились для меня в сплошной ад. Да, думаю только с классическим адом можно сравнить то, что устроил мне этот поехавший маг. Он раз за разом касался меня своей рукой, заставляя всё тело биться в спазмах, испытывать неимоверную боль. В те короткие минуты передышки, когда разум возвращался, я никак не мог понять, почему у этого урода не заканчивается мана. Ведь ясно, как божий день, для этих пыток он использует какую-то безумную способность. Но почему тогда мой мучитель не страдает от истощения?
Когда Дьякон ушел, я вновь провалился в свой внутренний мир. Чёрные частицы по-прежнему находились в некоем анабиозе. Их свечение уменьшилось ещё сильнее. Мои маленькие помощники умирали, а я ничего не мог с этим поделать. Я попытался прикоснуться к ним, но у меня ничего не получилось. Как не вышло и вырваться наружу, покинуть своё тело. А ведь до этого я проделывал подобное неоднократно. Очень похоже, что любое взаимодействие с частицами стало для меня недоступно.
Ледяной душ заставил меня открыть глаза. Перед моим взором предстали два человека. В руках одного из них я заметил ведро. Именно из него он окатил моё тело холодной водой. Заметив, что я пришел в себя, урод опустил в ведро грязную тряпку и, когда та впитала в себя остатки жидкости, поднёс её к моим губам.
– Пей. – Прорычал он, всем своим видом показывая, что роль няньки ему не по душе.
